— Король сидел с двумя или тремя джентльменами на краю стола Совета, подписывая множество бумаг. Его взгляд, задержавшись на мне, разумеется, сразу же загорелся, и он отпустил остальных. Но мне он сказал только следующее: «Мадам, зеркало покажет вам, как горько я сожалею об отсутствии свободного времени. Какое у вас ко мне дело?»Я сообщила все необходимое, дав понять, что знаю столько же, сколько он. «Мне понятно, — сказала я, — что вы отправили сэра Ника Фентона в Тауэр с целью сохранить ему жизнь, узнав, что лорд Шафтсбери вернулся в город. Ваши шпионы доложили вам, что милорд задумал страшный план мести сэру Нику».
— Какой план? — хрипло спросил Фентон.
— Его величество, — продолжала Мег, касаясь волосами щеки Фентона, — был очень удивлен моими словами, хотя постарался изо всех сил это скрыть, Я и сейчас вижу его перед собой, смуглолицего, в черном парике, закинувшего ногу на ногу и искоса поглядывающего на меня внимательными глазами…
— Прекрати болтовню, Мег! В чем состоял план лорда Шафтсбери?
Он почувствовал, как Мег содрогнулась.
— Король был в уступчивом настроении, открыв недавно, что обвинения против Лидии беспочвенны. Надеюсь, ты уже не считаешь, что Лидия, пригласив тебя в Весенние сады, заманивала тебя в ловушку?
— Мег, ради Бога…
— Я ведь сама сообщила тебе, что Лидия у портного во всеуслышание говорила о Весенних садах. Так вот, один негодяй, как назвал его король, притворился, что видел письмо Лидии, когда такого письма не существовало в природе. Тебе известно его имя?
— Я слышал об этом человеке и о несуществующем письме от Джайлса, но он не назвал мне имени. Кто же этот мерзавец?
— Человек, считающий, что ты опозорил его перед членами клуба «Зеленая лента». Залечив сломанную ногу (что произошло скоро, как он и говорил в Весенних садах), он переметнулся от бывших хозяев, предложив свои услуги Уайтхоллу. Будучи разоблаченным в обмане с письмом, он возвратился к «Зеленой ленте»…