– Это уже интересно, – нарушил наконец молчание Ремпол. – К тому же возникает вопрос, зачем она туда заглянула. Вообще, если я правильно записал, это возможно. Сначала Менген видит черное пальто. Как только он выходит, черное пальто кто-то крадет – зачем, мы не знаем, – и Энни уже не видит ничего. Потом черное пальто заменяют па светлое. Это вероятно. Однако, – постукивая карандашом по столу, продолжал он, – если это так, тогда или кто-то говорит неправду, или ничего такого не могло быть. В этом случае не имеет значения, когда появился Менген, так как все должно было произойти в течение минут, даже секунд. Понимаешь? Бойд входит в комнату, вешает пальто и выходит. Появляется Дюмон, заглядывает туда и идет по своим делам. Сразу после нее в гардеробную входит Энни, выключает свет и тоже отправляется по своим делам. За этот короткий промежуток времени черное пальто сначала превращается в желтое, а потом исчезает совсем. Такого быть не может.
– Хорошенькое дельце! – воскликнула Дороти. – Но кто тогда говорит неправду? Думаю, ты будешь настаивать, что это не твой друг.
– Конечно, буду настаивать. Это мадам Дюмон. Держу пари на что угодно.
– Но она же не виновата. Это доказано. Кроме того, мне она нравится.
– Не сбивай меня, – кинул Ремпол. – Давай отправимся с этой раскладкой дальше и посмотрим, не удастся ли нам выяснить еще что-нибудь. Гм… На чем мы остановились? Да, да… Запишем, что ужин начался в семь, а закончился, как мы знаем, в половине восьмого. Итак, в семь тридцать: Розетта и Менген идут в гостиную. Дреймен – наверх в свою комнату, мадам Дюмон… Куда она идет, неизвестно, но из дома не выходит. Гримо направляется в библиотеку и просит Миллза прийти около девяти тридцати наверх, поскольку он ждет посетителя…
Стоп! Подожди! Здесь что-то не так. Я собирался написать, что из библиотеки Гримо идет в гостиную и говорит Менгену о посетителе, которого он ждет в десять. Но почему об этом ничего не знала Розетта, хотя она была там вместе с Менгеном? Жаль, что Бойд не сказал, когда точно услышал об этом от профессора. Но это тоже не имеет значения. Гримо мог отозвать Менгена в сторону или поступить как-нибудь иначе. К этому надо добавить, что мы не знаем, когда Гримо сказал мадам Дюмон, будто посетитель придет к нему в девять тридцать. Возможно, еще раньше. Но это ничего не меняет.
– Ты в этом уверен? – спросила Дороти, доставая сигарету. – Гм… Что ж, пиши дальше.
«7.35 (приблизительно) – Гримо идет в свой кабинет.
7.35 – 9.30 – все спокойно, на улице падает густой снег.
9.30 (приблизительно) – снег перестал.