Маурисьо. Да, сначала неплохо. Эта робость, когда мы вошли… потом эта сцена воспоминаний… Очень хорошо. Но позднее эти рыдания, когда ты бросилась к ней…
Изабелла. Я больше не могла. Я ведь тоже знаю, что такое жить одной и ждать.
Маурисьо. Так нельзя. Искусство не здесь делается, сеньорита. (Указывает на сердце) Оно делается тут. (Указывает на лоб) Тут.
Изабелла. Вы ни минуты не волновались?
Маурисьо. Настоящее волнение никогда не выглядит естественно. Например, помнишь, с каким восторгом я ел этот ореховый торт с медом? Но если имеются на свете две вещи, которых я не выношу — это мед и орехи. Вот что я называю мастерством. А тебе, правда, понравился торт?
Изабелла. Очень!
Маурисьо. Что ж, дело вкуса.
Изабелла. Значит, эта дрожь в голосе, когда вы в первый раз увидели бабушку?..
Маурисьо. Простой прием. Им даже резонеры владеют.
Изабелла. И объятие, такое крепкое, без слов, она даже заплакала…