(Прислушивается.) Да, милый, да, я знаю… Весна!
Анхелина. С кем вы говорите?
Марга. Со щеглом.
Слышен крик Пабло: «Мар-га-а-а!..»
(Улыбается, поднимает руку, кричит.) Пабло-о-о!.. (Сбрасывает на пол жакет, выбегает.)
Щегол весело поет — он столько повидал в жизни.
Занавес
Действие второе
Одна из комнат. Застекленная галерея, в глубине выход в сад. Эта та же галерея, которую мы видели в первом акте, но изнутри. Справа — лестница с массивными перилами. На первом плане — дверь, на втором — выход в холл. Старое дерево, темно-красный бархат. Мужественная неприхотливость покойного отца смягчается ручными вышивками и нежностью теток… Осенний вечер. Тетя Анхелина сидит у стола, заваленного книгами, рисунками и чертежными принадлежностями. Восхищенно рассматривает тетради и рисунки, слушает Ролдана любезно и безучастно, как слушают шум дождя. Ролдан нервно ходит по комнате, разглагольствует.
Роланд. Нет, это уже слишком! Многое нужно простить, многое… Но чтобы вынести подобные вещи, нужно поистине терпение францисканца. Я бы даже сказал, терпение бенедиктинца! А я не рожден мучеником. Вы слышите, не рожден!