Марга. Ну, ты хоть слышал раньше это слово?
Пабло. Да, слово я слышал. Только слова ведь ничего не значат, пока не узнаешь, что там внутри. Это было ночью, я шел с охоты и заблудился в горах. Ты была когда-нибудь там, наверху, когда собирается гроза?
Марга. Нет.
Пабло. Ночь затаила дыхание, она чего-то ждала… И тишина окружила меня, такая тишина, что я задрожал от самой макушки до копыт моего коня. Я почувствовал, как я мал и как одинок. Я дал шпоры, но конь мой не двигался с места. И тут я почувствовал, что я не один. Кто-то шел ко мне в темноте, снизу, с земли, обнимал порывами ветра, смотрел на меня со звезд. Что-то больше, гораздо больше меня хотело в меня войти, чтобы я не был один. Я не выдержал и крикнул. Позвал единственного человека, который мог прогнать мой страх. Я крикнул: «Отец!» Гром ответил мне. Молния озарила ночь. Тогда я понял: вот это-то, что было со мной, — это Жизнь. (Замолчал, отвернулся.)
Марга задумчиво на него смотрит.
(Оборачивается.) Почему ты задумалась? Разве это не просто?
Марга. Да, Пабло. У меня никогда так не было.
Пабло. Ну, хватит разговаривать! Надо работать.
Марга. Ты хочешь сегодня еще работать?
Пабло. Я?.. Нет, что ты! Это ты будешь сейчас работать… (Берет ящичек и медальон.) А у меня — большая перемена.