— Доктор, — сказал он, — словаря третий том я кончаю, а все галах… Бурлацкая моя жизнь. И точка.
Тут комиссар упал. Ему хотели помочь подняться. Но он вскочил и выбежал из комнаты во двор.
Через пять минут комиссар вошел с улицы. Он был туго подпоясан, наглухо застегнут и официален. Шпоры звенели коротко и твердо. Комиссар вынул наган. Лицо его сводила мучительная сосредоточенность.
— Тут кто-то из военного отдела безобразничал, — сказал комиссар отрывисто, — пьяный валялся… Нашу красную власть позорил. Где он тут? Сейчас же под арест! И точка.
Комиссар обыскал комнату. Папа быстро загородил зеркало. И комиссар не нашел себя.
Уходя, он остановился в дверях и поводил перед носом жестким пальцем.
— Чтоб больше у меня этого не повторялось! — сказал комиссар, распекая кого-то воображаемого. — Точка! Ша!
Чем пахло мыло
Несчастье обнаружилось вечером. Ла-Базри-де-Базан куда-то ушел. Пользуясь его отсутствием, мама пошла проверить, цел ли секретный пакет в столике. Столик был пуст. Сверток, мыло, бывшие деньги, наши манускрипты — все исчезло. Швамбранские тайны были похищены…
Папа и мама вернулись в столовую. Все сели за стол. Начался пленум семейного совета.