(1) В первой молодости[27]Из контекста явствует, что пределом этой первой молодости является 36 лет: к этому времени римский гражданин отбывал срок воинской службы. хозяину следует ревностно засаживать имение.[28]Место это одно из любопытнейших и важнейших для истории сельского хозяйства древней Италии. Молодой хозяин купил или получил по наследству «незасаженное имение», т. е. участок полевой земли без древесных насаждений. Мы присутствуем здесь в самом начале того процесса, в результате которого Италия, лет сто спустя, превратилась в «сплошной фруктовый сад» (Варр. 1.2.6). Дело было не только в виноградных и масличных насаждениях, как думают западные ученые, а в широком и последовательном проведении принципа комбинированных культур: хозяин стремится использовать один и тот же участок и под посев и под древесные насаждения. У Колумеллы есть точная зарисовка полевого пейзажа современной ему Италии (7.9.8): это паровое поле, куда выгоняют свиней и где они отъедаются на палых яблоках, сливах, грушах, разных орехах и винных ягодах. (Этими деревьями полевой участок или обсаживали по межам, или сажали на далеком расстоянии одно от другого на самом участке). Над созданием этого пейзажа немало потрудились современники Катона. В гл. 27 мы присутствуем при том, как полевой участок, на котором сеют различные стручковые, предназначенные на корм скоту, подготовляют для посадки маслин, вязов, лоз (которые, очевидно, будут виться по деревьям) и смоковниц.Это обращение к комбинированным культурам свидетельствует и о большом подъеме сельского хозяйства и о больших требованиях, которые стали к нему предъявлять. После страшных опустошений ганнибаловой войны и напряжения последующих войн государство нуждалось в восстановлении и укреплении; потребности населения возросли; сам хозяин хотел получать выгоды больше и по этим причинам большего требовал и от своей земли. Над застройкой следует думать долго; над посадкой думать не следует: тут следует действовать. Когда твой возраст дойдет до 36 лет, тогда следует строиться, если имение у тебя засажено. Стройся так, чтобы усадьба была по имению, а имение по усадьбе.[29]Одно из основных правил италийского хозяйства: величина построек должна быть соразмерена с величиной имения. Варрон, который хозяином не был и поэтому не оставлял без объяснения и того, что всякому деревенскому человеку само собой было понятно, пишет: «Слишком большие постройки и ставить дорого и ремонт их требует больших издержек. Если же они меньше, чем требует имение, то урожай обычно пропадает даром» (1.11.1). (2) Хозяину выгодно иметь хорошо построенную хозяйственную половину[30]Villam rusticam — часть усадьбы, включавшая все хозяйственные постройки: давильню для вина и другую для масла, винный погреб и погреб для масла, хлевы для скотины, помещения для рабов. с погребом для масла и вина и со множеством долиев,[31]Катон рекомендовал иметь их для вина столько, чтобы в них вместился пятилетний урожай с виноградника (11.1). Для мировоззрения Катона и его круга чрезвычайно характерно представление, что умение нажиться содействует чести и славе. чтобы спокойно поджидать высоких цен: будет ему это и в прибыль, и в честь, и во славу. Давильни следует иметь хорошие, чтобы работа могла производиться хорошо. Как только маслины будут собраны, надо сейчас же давить масло, чтобы оно не получилось испорченным. Подумай, что ежегодно случаются большие бури, которые обычно сбивают маслины. (3) Если ты быстро их подберешь и прессы у тебя наготове, то убытку от бури не будет никакого и масло получится зеленее и лучше.[32]«viridius et melius fiet» — о приготовлении оливкового масла см. гл. 64 и 65; в гл. 146.1 говорится о двух сортах оливкового масла: о более высокого качества «зеленом» масле, т. е. приготовленном из не вполне зрелых маслин, и о «римском» — из зрелых. (С. П.). (4) Если маслины пробудут на земле и на полу слишком долго, то они загниют и масло получится вонючее. Из любых маслин можно сделать хорошее масло, если делать его вовремя. (5) На 120 югеров масличного сада полагается два пресса, если сад хорош, в меру часто засажен и будет хорошо обработан. Полагается иметь два хороших трапета[33]Мельница для отделения мякоти маслин от косточек для оливкового сада в 120 югеров; описание пресса см. гл. 18.19, трапета — гл. 20 — 22; 135.3 — 7. (С. П.). - по одному на каждый пресс - разной величины, чтобы если жернова в одном пооботрутся, ты мог бы переставить их в другой; по ременному канату на каждый пресс, рычагов 6, креплений 12, по одному ременному канату на каждый пресс; два греческих блока,[34]Вероятно, они были новостью для римлян и потому описаны подробно. Все место до конца главы перепутано: переписчики явно не понимали, о чем речь. Перевод дан по исправлению Герле (стр. 28, 183 — 185): а) вм. binis — binas; b) вм. ducunt — ducantur; с) вм. octonis и senis — octonariis и senariis: диаметр колесиков, а не число их. Ср. у Витрувия, 10.2.1. которые приводятся в движение двумя канатами из спарта: с верхними колесиками в 8 и нижними в 6 пальцев. Ты будешь работать быстрее с простыми колесами; с воротом работать медленнее, но легче.

4

Для волов должны быть хорошие хлевы[35]Ср.: у Варрона (1.13.1): «Хлевы в усадьбе надо ставить так, чтобы стойла для волов находились там, где зимой будет теплее»; у Колумеллы (1.6.4): «...стойла для волов должны быть зимние и летние... шириной в 10 или самое меньшее в 9 футов, чтобы скот мог свободно разлечься, а скотнику был простор обойти стойло кругом...». с хорошими фалерскими[36]«praesepis Faliscas» — фалиски — италийская народность; Фалерии — главный город в области фалисков в Этрурии. Этрурия славилась разведением сильного рабочего скота (см. Кол. 6.22). (С. П.). [зарешеченными] яслями; расстояния между решетинами - фут. Если так сделаешь, то волы не будут выбрасывать корма. Господскую половину[37]Усадьба италийского рабовладельца делилась на две части: хозяйственную — villa rustica, — о которой речь шла выше, и господскую — villa urbana, — состоявшую из комнат, предназначенных для хозяина. Катон рекомендовал строить ее по средствам, и можно утверждать, что до роскоши у хозяев его типа было далеко (см. гл. 14 и 128). Но уже Варрон жалуется, что «предки наши строились в соответствии с урожаем, а теперь строятся в соответствии со своими необузданными прихотями. У них хозяйственная половина стоила больше, чем господская, а теперь в большинстве случаев — наоборот. Тогда хвалили усадьбу, если в ней имелась хорошая людская, вместительные ясли, погреба для вина и масла, соответствующие размеру имения... Теперь же стараются, чтобы господская половина была как можно больше и роскошнее, и состязаются в этом с Метеллом и Лукуллом, выстроивших на горе государству свои усадьбы» (1.13.6 — 7). Усадьбу Лукулла, «для которой тесно было имение», с укоризной поминает и Плиний (18.32). Было время, что за такую усадьбу хозяин получал от цензора выговор, потому что «там больше подметали, чем пахали» (Пл., ук. мест.). Колумелла, любивший при случае вздохнуть о золотой старине, но обладавший достаточным здравым смыслом, чтобы не сражаться с ветряными мельницами, прилагал строить господскую половину так (1.6.1 — 2), чтобы «зимние спальни смотрели в ту сторону, где восходит в декабре солнце, а столовые туда, где оно садится в равноденствие. Летние же спальни, наоборот, должны быть обращены в ту сторону, где в дни равноденствия бывает полуденное солнце, а столовые, которыми пользуются в летнее время, смотреть туда, где зимой встает солнце. Бани надо обратить в сторону, где летом садится солнце... портики туда, где солнце бывает в полдень в дни равноденствия, чтобы зимой в них было как можно больше, а летом как можно меньше солнца»; ср. сетования Варрона (1.13.7): «Теперь больше беспокоятся о том, чтобы летние триклинии смотрели на прохладную восточную сторону, а зимние на солнечный закат, а не так, как встарину, в какой стороне сделать окна в винном погребе или в погребе для масла...». Многочисленные деревенские усадьбы, раскопанные под Помпеями и около Стабий дают превосходное представление о сельских усадьбах древней Италии. Среди них есть и «старозаветные» усадьбы, где господская половина представлена двумя-тремя очень скромными комнатками, а главное внимание уделено хозяйственным постройкам (примером может служить знаменитая усадьба под Боскореале); есть и такие, которые поражают роскошью господской половины. в имении строй по средствам. Если ты в хорошем имении хорошо построишься, хорошо поставишь дом, если тебе в деревне будет житься ладно, то ты охотнее и чаще станешь приезжать: с имением пойдет лучше, меньше будет неполадок и доходу ты получишь больше. «Хозяйский глаз - алмаз».[38]В подлиннике буквально: «лоб важнее затылка» — «frons occipitio prior est» — поговорка, которую повторяет, объясняя ее, и Плиний (18.31): «fiontemque domini plus prodesse quam occipitium» — смысл тот, что самому наблюдать за поместьем лучше, чем полагаться на других. (С. П.). О том, насколько важно присутствие хозяина в имении, красноречиво говорит Колумелла (1.1.18): «Ни чтение сельскохозяйственных книг, ни прилежный труд опытного вилика, ни возможность и желание тратиться на хозяйство не имеют такого значения, как одно лишь присутствие хозяина. Если он не будет часто появляться на работах, то все остановится, как в войске, где нет полководца». Представители рабовладельческого общества прекрасно понимали, что хозяйство у них держится на страхе и принуждении и что стоит этому страху, который как бы принимал зримую форму, воплощаясь в облике хозяина, исчезнуть, как все пойдет прахом. Поэтому требование, чтобы хозяин находился в имении, раздается по всему рабовладельческому миру: Магон настаивал, чтобы человек, купивший имение, продал городской дом (Кол. 1.1.18; ср. Пл. 18.35); Ксенофонт приводит персидскую пословицу, что лошадь поправляется от хозяйского глаза. Будь хорош к соседям; рабам провинностей не спускай. Если соседи будут тебя видеть с удовольствием, ты легче продашь свое, легче сдашь подряды, легче наймешь рабочих.[39]«operarios facilius conduces» — термин «operarius» может означать и раба (гл. 10.1 и 11.1) и свободного работника, как в данном случае; ср. гл. 1; 5; 23; 145 и прим. 2 к гл. 1. (С. П.).Для характеристики Катона и, вероятно, всего его круга чрезвычайно интересно обоснование требования — «будь хорош к соседям» — только практическими соображениями, подсказанными трезвым учетом собственной выгоды. Движений сердца искать здесь нечего. Будешь строиться, - они тебе помогут работой, подвозом, материалом. Если, упаси бог, случится нужда, - они благожелательно защитят тебя.

5

*[40]Вилик в рабовладельческом имении был фигурой по важности, пожалуй, не уступавшей хозяину: на нем лежало все хозяйство и от его поведения зависели как благосостояние хозяина, так и сносная жизнь рабов, находившихся, в значительной степени, в его воле. Неудивительно поэтому, что хозяин весьма озабочен тем, чтобы поставить на это место подходящего человека: над его свойствами задумывался он неоднократно. Катон мастерски вычертил облик идеального вилика, как он его понимал: это — «говорящее орудие», античный робот, для которого существуют только воля хозяина и хлопоты по хозяйству. Его внутренняя жизнь сведена до минимума: он не знает человеческих увлечений, не имеет друзей и не наделен ни человеческими чувствами, ни человеческими слабостями. Катон требует от него качеств не столько положительных, сколько отрицающих плохое: он не должен быть ни вором, ни пьяницей, ни лентяем. Пройдет немного времени, и Варрон заговорит о честном, грамотном и «получившем некоторое воспитание» вилике (1.17.4). Рядом рабских восстаний жизнь выучила италийского рабовладельца тому, что раб не только рабочая скотина и что человека в нем нельзя унижать до бесконечности. Требования Катона оставались в силе, но обросли рядом новых, существенно менявших облик вилика. Особенно интересно одно из них: «вилик должен быть не только мастером в сельских работах, но и обладать должен добродетелью, насколько это возможно для рабской души: он не должен попустительствовать, но и не должен быть жесток: лучших рабов надлежит ему беречь, но и к средним быть милостиву: пусть лучше они боятся его за строгость, чем ненавидят за жестокость...» (Кол. 1.8.10; ср. вообще всю эту главу с его же 11.1.3-29 и Варр. 1.17).

(1) Вот обязанности вилика. Он должен завести хороший порядок, соблюдать праздники; чужого в руки не брать; свое охранять тщательно. Он разбирает споры рабов; если кто в чем провинился, он хорошенько наказывает виноватого, смотря по проступку.

(2) Рабам не должно быть плохо: они не должны мерзнуть и голодать. У вилика они всегда в работе: так он их легче удержит от дурного и от воровства. Если вилик не захочет, чтобы рабы вели себя плохо, они себя плохо вести не будут. Если же он это будет терпеть, хозяин не должен оставлять этого безнаказанным. За заслугу он благодарит, чтобы и остальным хотелось вести себя правильно. Вилик не должен слоняться без дела; он всегда трезв и никуда не ходит на обед. Рабы у него в работе; он следит за тем, чтобы удалось то, что приказал хозяин. (3) Пусть он не считает себя умнее хозяина. Друзей хозяина он считает друзьями себе; слушается того, кому приказано. Жертвоприношения он совершает только в Компиталии,[41]См. прим. 1 к гл. 2. (С. П.). на перекрестке или на очаге. Без приказа хозяина он никому не поверит в долг; что поверил хозяин, то он истребует. Семян для посева, съестных припасов, полбы, вина и масла он никому не одолжит. У него есть два-три хозяйства, где он может попросить, что ему нужно, и которым он сам дает в долг, - но больше никого.

(4) Он часто отчитывается перед хозяином. Работника, нанятого за деньги или за долю в урожае,[42]Перевод и толкование этой фразы представляется очень спорным. По интерпункции Гетца: «operarium, mercenarium, politorem» следует, что у Катона в данном месте речь идет о трех категориях рабочих рук, занятых в поместье; Бригаут* «mercenarium» рассматривает как определение к «ореrarium», т. е. «operarium mercenarium» — «работника, нанятого за деньги». Шнейдер разделяет иначе: «operarium: mercenarium politorem», противопоставляя таким образом за плату нанятого «политора» тому «политору» — издольщику, о котором у Катона речь идет в гл. 136. Прав, вероятно, Бригаут; в нашем переводе принята его интерпункция. Неясно также и значение слов «diutius eundem ne habeat die» — дословно: «пусть не держит одного и того же работника... дольше одного дня». Естественнее всего толковать их в том смысле, что вилик не должен задерживать работников дольше того дня, как они окончили работу, чтобы не было лишних людей в усадьбе. Герле (стр. 259) относит «die» к следующей фразе и переводит «он» (т. е. вилик) не должен слишком долго задерживать одних и тех же лиц в качестве поденщиков и подручных. (С. П.). Кейль** толкует эти слова в том смысле, что вилик должен договариваться с работником предварительно, не дольше как на один день.* Brehaut. Cato the Censor On farming. 1933.** Keil Η. M. Porci Catonis de agri Culture. 1894. он не задержит дольше одного дня. Он не смеет ничего купить без ведома хозяина и не смеет ничего скрывать от хозяина. Паразита он не держит. Он не смеет совещаться с гаруспиком, авгуром,[43]Во всех этих случаях речь идет, конечно, не об официальных жреческих коллегиях авгуров и гаруспиков этрусского происхождения, игравших большую политическую роль в государстве, а о частных бродячих толпах всякого рода предсказателей, особенно распространившихся в Риме со времени Второй пунической войны (218 — 201 гг. до н. в.). (С. П.). Характерно для Катона предостережение против различного рода бродячих гадателей и предсказателей, мудрость которых шла из Этрурии и частью с Востока. Они гадали по внутренностям животных, по небесным знамениям, по ударам молнии, по полету птиц и проч. Некоторые из них не прочь были вмешиваться в хозяйство; Варрон, по крайней мере, упоминает о людях, послушно выполняющих предписания гаруспиков. Они, между прочим, не позволяли прививать дикие деревья, грозясь, что сколько привоев будет вставлено, столько молний упадет на дерево при одном ударе грома (Варр. 1.40.5; ср. Пл. 15.57 и 17.124). Колумелла тоже говорит о «бессовестных халдеях» (11.1.31), занимавшихся предсказаниями погоды. предсказателем и халдеем. Он не обманывает нивы:[44]«segetem ne defrudet» — это требование приводит Плиний (18.200); оно любопытно, так как в нем сохранилось восприятие земли как живого существа, у которого имеются определенные отношения с земледельцем. Практическому уму италийца она представляется должницей, которой доверяется (creditur) посев; она возвратит его впоследствии (reddit), как возвращают с процентами долг. Нельзя, однако, ее обманывать и давать ей меньше, чем она требует: это приведет к худу.Изо всех видов воровства, которые могли представиться изобретательному уму вилика, самым удобным была, конечно, кража посевных семян: учет здесь был невозможен. Поэтому хозяин считает нужным припугнуть его, действуя на его суеверие. Нормы высева мы знаем из Варрона (1.66.1), Колумеллы (2.9) для злаков и (2.10) для бобовых (ср. его же 11.2.75) и из Плиния (18.198 и сл.). это к несчастью. Он постарается выучиться всякой сельской работе, и он будет часто работать - только не до усталости. (5) Если он будет работать, он будет знать, что у рабов на уме, и они будут покладистее в работе. Если он будет так делать, ему не захочется слоняться без дела; он будет здоровее и будет лучше спать. Он первым встанет с постели и последним ляжет в постель. Сначала посмотрит, заперта ли усадьба, лежит ли каждый на своем месте и задан ли корм животным.

(6) За волами ухаживай со всем тщанием.[45]Рабочий вол занимает у Катона почетное место. Сердцу хозяина он, по-видимому, ближе и дороже рабов. Дальше дается ряд указаний относительно того, как кормить волов и как лечить их в случае болезни; дважды в год за волов приносятся жертвы, и для них есть праздники, тогда как мулы, ослы и лошади праздников не знают. Bubulci — рабы, которые пашут на волах и ходят за ними, находятся в усадьбе на привилегированном положении: только их стремится хозяин как-то расположить к себе, чтобы обеспечить внимательный уход за любимой скотиной. Пахарям отчасти даже угождай, чтобы они охотнее ходили за волами. Постарайся, чтобы у тебя были хорошие плуги и лемехи. Берегись, не паши гнилой земли;[46]Смысл этого термина объясняет Колумелла (2.4.5): «При пахоте... не будем трогать поля, полупромокшего от короткого ливня. Деревенские люди называют такую землю пестрой и гнилой [varia cariosaque]: это земля, у которой после долгой засухи легким дождем смочило только поверхность лежащих глыб; донизу дождь не прошел... если вспахать „пестрое“ поле, то оно три года подряд не даст урожая». Плиний (17.34) восхищался красноречивой лаконичностью этого термина (ср. его же 18.44). Ср. Кат. 34.2; 37.1. не езди по ней в телеге и не гоняй туда скотину. Если не остережешься и погонишь, то три года с этого места не получишь дохода.

(7) Овцам и волам надо тщательно подстилать и надо смотреть за их копытами. Берегись чесотки[47]Ср. гл. 96. на овцах и на вьючных животных: она бывает обычно от голода и от дождливой погоды. Старайся, чтобы все работы были сделаны во-время: хозяйство - это такое дело, что если запоздаешь с одним, то запоздаешь во всем. Если соломы не хватает, то собирай листья падуба и подстилай их овцам и волам.