Рут. Конечно, мы друг друга любим. Хотя даже при буйном воображении это нельзя назвать безоглядным восторгом первой страсти.
Чарльз. Ну, дорогая, мы оба уже не дети, оба кое-что повидали, оба успели побывать в браке. Безоглядный восторг на этой стадии — было бы смешно.
Рут. Знаешь, что больше всего меня раздражает? То, что тебе непременно надо показать свое умственное превосходство!
Чарльз. Представь, Эльвира говорила то же самое.
Рут. Меня это не удивляет. Я не считаю, что если у нее было какое-то немыслимое тело, то значит, вовсе не было мозгов!
Чарльз. Рут, дорогая!
Рут. Конечно! Теперь — дорогая.
Чарльз (чмокнув ее). По-моему, я уже отмечал выше, я тебя люблю, любовь моя.
Рут. Бедная Эльвира.
Чарльз. Нет, знаешь, у нее, правда, был какой-то особый дар жизнелюбия. Так несправедливо, что она умерла совсем молодой.