Чарльз. Единственная женщина, которая пыталась подчинить меня себе, — это ты.
Раз в жизни захотелось иметь галлюцинацию — даже этого мне не позволяешь!
Рут. Зато ты себе много позволяешь — особенно алкоголя!
Чарльз. Да пойми ты: алкоголь ни при чем! Я был трезв, да еще весь на нервах.
Рут. Он был на нервах! А я не на нервах? Как ты меня оскорблял, ты уже забыл!
Чарльз. Никто тебя не оскорблял!
Рут. А кто меня назвал уличной девкой? Кто сказал «заткнись»? А когда я предложила пойти в спальню, ты заявил, что это аморально.
Чарльз (с яростью). Это я говорил с Эльвирой!
Рут. Тогда тебе чудно удалось воссоздать милую атмосферу твоего первого брака.
Чарльз. Мой первый брак был вполне счастливым, а острить на эту тему с твоей стороны — верх бестактности!