Отто. Да. Прекрасная картина, я привез ее с собой. Заставил старую дуру позировать долгие часы, но картину ей не показывал, а когда показал, она закатила жуткий скандал. Сказала, что не похожа сама на себя, да еще выглядит толстухой. Я не выдержал, объяснил, что толстухой она стала из-за обжорства и малоподвижности, а смысл творчества художника — не для приукрашивать действительность, а показывать правду жизни. Вот тут она практически указала мне на дверь. Не думаю, что она заплатит за картину, ну и черт с ней. Если не заплатит, картина останется у меня.
Эрнест. Ты поступил неразумно, но, конечно, удовольствие получил.
Неловкая пауза.
Отто. Ну?
Джильда. Что, ну?
Отто. Что все-таки происходит?
Джильда. А что, по-твоему, может происходить?
Отто (переводя взгляд с Джильды на Эрнеста). Вы просияли? Нет. Бросились ко мне с распростертыми объятьями? Нет. Вы оба, и каждый из вас, рады моему появлению? Очевидно, что НЕТ! Произошло что-то ужасное, и вы стараетесь решить, как донести до меня эту весть. Что случилось? Говорите немедленно! Что случилось?
Эрнест (С легкой издевкой ). У Джильды невралгия.
Отто. Ерунда! Она здорова, как лошадь.