Эрнест. Разбуди его.
Джильда. Не сейчас, Эрнест. Он всю ночь мучался от невралгии.
Эрнест. Невралгии?
Джильда. Да, от воспаления нервов. На лице — справа, на теле — слева.
Эрнест (освобождая картину от бумаги). Разбуди его. Одного взгляда на этот шедевр хватит, чтобы мгновенно излечить его невралгию.
Джильда. Едва ли. Он только что заснул. Мучался ужасно. Я закармливала его аспирином и носилась с грелками, подкладывала и туда, и сюда…
Эрнест (раздраженно). Представить себе не мог, что одному человеку может понадобиться столько грелок.
Джильда. У меня есть запасная, на случай, что какая-нибудь потечет.
Эрнест. Тут поневоле выйдешь из себя. Тащишь такую большую картину через весь город, а Отто выбирает именно этот день, чтобы слечь с невралгией.
Джильда. Он ничего не выбирал. Ты и представить не можешь, как он страдает. Все его маленькое личико аж перекосило.