В другой раз Мещерский с обычной своей восторженностью сказал:
— Да она же вас любит! Честное слово, любит! Неужели вы не замечали? Это же так ясно… Как это хорошо! Я очень рад за вас.
Травкин натянуто улыбнулся:
— Вы почему это знаете? Она вам сказала, что ли?
— Нет, зачем… Я и сам заметил. Замечательная девушка, я вам говорю!
— Да она любого полюбит, — сказал Травкин грубо.
Мещерский болезненно сморщился и даже руками замахал:
— Что вы, что вы!.. Как вы можете так думать? Неправда!
— Пора на ночные занятия, — прервал Травкин этот разговор.
Мещерский занимался ревностно, находя во всем, что делал, почти детское удовольствие. Он ползал до изнеможения, храбро лез в студеный ручей и целыми ночами готов был слушать бесконечные рассказы о боевых делах взвода.