Едиль навьючил на коня всю свою добычу и поехал в аул. Жайык остался в степи. Через некоторое время Едиль вернулся к Жайыку, а того и след простыл. 'Может быть, он поехал вверх',- подумал Едиль и пошел по берегу реки. В густом темном лесу он убил кулана и к вечеру, разделав тушу, насадил на металлический штырь грудинку и стал жарить ее на костре. Когда стемнело, он увидел бегущего к нему со стороны леса человека, укутанного с головой в шекпен. Человек подбежал и сел у костра. Едиль отрезал кусочек грудинки и протянул пришельцу. Тот схватил грудинку - что-то лязгнуло.
- Несдобровать бы тебе, если бы ты не дал мне мяса! - рявкнул человек и ушел,
Едиль, опасаясь недоброго, отыскал бревно, положил его на землю и накрыл своим шекпеном. А сам зарядил ружье и притаился невдалеке. Когда огонь угас, тот человек выскочил из темноты и, что-то бормоча, бросился к бревну. Опять послышался лязг. Едиль выстрелил. Человек взмахнул руками и грохнулся на землю. Охотник подошел к убитому и увидел, что все ногти на пальцах неизвестного существа были медные. Пуговицы на одежде были золотые и серебряные, а на лбу сверкал один-единственный глаз. Это был жезтырнак. Охотник срезал у жезтырнака когти и положил их в сумку.
Едиль пробыл в лесу еще два дня. И убил еще двух жез-тырнаков. После этого охотник вернулся в аул. Он никому не стал рассказывать, что убил жезтырнаков.
А Жайыка так и не было.
В ауле жил человек по имени Кара. Пришел к нему Едиль и сказал:
- Мы с Жайыком будем охотиться, а ты будешь возить в аул добычу.
Кара согласился. Поехали они искать Жайыка, долго искали, но не нашли. Друзья случайно набрели на большое стадо овец. Пастуха нигде не было видно. Невдалеке стояла белая юрта, охотники подъехали к ней.
- Эй,, есть кто в юрте - крикнули они.
- Заходите,- ответили изнутри. Охотники спешились и, прихватив с собой, на всякий случай, оружие, вошли в юрту. Дверь с шумом захлопнулась за ними. В юрте сидела женщина спиной к двери и кормила грудью ребенка. Не оборачиваясь, она сказала: