Лучше всего было смотреть вдаль, заметить утес, мыс или айсберг, держать курс на него, — тогда головокружение проходило.
Ветер усилился. Он превратился в неистовый вихрь. Началась пурга.
Пришлось остановиться, разбить палатку. Собаки тотчас прилегли к ней. Их занесло снегом, а палатка превратилась в сугроб. Люди и собаки лежали друг подле друга, разделенные тонким полотном. Высунуться наружу было невозможно. Ваня все-таки умудрился развернуть рацию. Сообщил в бухту Рубиновую, что лежат под снегом. Из Рубиновой ответили, что Москва следит за каждым их шагом.
Лежа с Матвеем Сергеевичем в одном спальном мешке, Ваня тихо говорил:
— А что если дом вместе с берегом обрушился, как на Исчезающем?
— Коли так — пойдем обратно.
— Я не трушу… Я просто так, — предупредил Ваня.
Двое суток провели путники в сугробе. Из бухты Рубиновой сообщили прогноз погоды. Пурга должна прекратиться. Решили откапываться. Пока разгребали снег, пурга действительно стихла.
Двинулись дальше. Снова мерно двигались ноги, проплывали мимо снежные утесы, голубые изломы ледников, сползающих сверху грандиозными «ледопадами».
Большая часть пути осталась позади.