— Вот заползем, — шептал Михаил Иванович, — заползем и сразу увидим…
Люди все-таки заползли. И увидели…
…Все было пустынно и бело кругом. Словно на краю обрыва, поднималась из снега тонкая, согнувшаяся вверху мачта радиостанции. Домов около нее… не было!
Люди лежали на снегу. Они боялись взглянуть друг на друга. Полярной станции не было. Значит, она обвалилась вместе с берегом.
…Юрий, сидя в бухте Рубиновой у приемника, плакал, не стыдясь даже девушек: он принял радиограмму о положении на Ледниковом. Послать помощь было невозможно: проливы вскрылись. Да и собак в бухте Рубиновой не было.
Через шесть месяцев после всего случившегося "Георгий Седов" подходил к Ледниковому.
Вспоминая все, что рассказывали мне в бухте Рубиновой, я в бинокль рассматривал остров.
Раньше всего я увидел тонкую, чуть загнутую вверх мачту, поднимавшуюся над базальтовыми скалами, похожими на крепостные бастионы.
Потом я увидел ледник, к которому хотел подвести корабль капитан.
На леднике стояли три фигуры: одна — большая и толстая, другая высокая, тонкая и третья — маленькая. Около них на снегу что-то двигалось.