Мне вспомнилась рослая фигура радиста, его спокойное лицо с глубокими морщинами, ровный, неторопливый голос.
— …но кого из нас не подкупит женское внимание?
Разгуливали они вдвоем по палубе и всем обязательно на глаза попадались. Им-то самим это, по-видимому, было невдомек, а над ними посмеивались.
А влюбленным моим, кстати сказать, было совсем не до смеху. Ехали они на одном пароходе, но… в разные стороны.
Машенька должна была остаться на три года на острове Диком, а Грачев отправлялся на отдых. Кто знает, когда еще свидятся?
Смотрел я на этих своих пассажиров и головой качал.
Однажды приходит ко мне в каюту Грачев. Лицо серьезное, губы решительно сжаты.
"Позвольте обеспокоить, Борис Ефимович". — "Чем полезен могу быть, Григорий Иванович?" — спрашиваю. — "Не можете ли вы сказать мне, Борис Ефимович, сколько стоит один день питания на "Георгии Седове"?"
Отчего же не сказать? Позвал я второго помощника, он у нас на корабле всю отчетность ведет. Высчитал он, что надо, и назвал Грачеву сумму. Тот записал аккуратно.
"Скажите теперь, Борис Ефимович, сколько стоит проезд на "Георгии Седове"?"