Рота Гумпэя стреляла в мишени, изображавшие красноармейцев и китайских солдат. Стрельба велась с дистанции в сто метров. Гумпэй отчетливо видел назначенную ему мишень: русский красноармеец в длинной зеленой гимнастерке, с красным пятном на том месте, где находится сердце. Полковой художник хотел нарисовать «свирепого роскэ»[7]. Огромное, с красными пятнами лицо должно было изображать кровожадность.
— Таких людей не бывает, — шепнул Гумпэю сосед.
— И верно, не может быть такого человека, — согласился Гумпэй.
Чем дольше Гумпэй всматривался в мишень, тем в большее раздражение он приходил.
«Не буду стрелять», наконец решил он.
Солдаты стреляли по-очереди. Унтер Камики крикнул Гумпэю:
— Приготовиться!
Солдат поправил у плеча приклад, долго целился, наконец выстрелил. Мимо. Унтер крикнул:
— Повторить!
Гумпэй потрогал прицел двумя пальцами, словно поправлял его. Раздался выстрел. Мимо. Унтер, нещадно бранясь, лег возле Гумпэя.