Через десять минут он был на месте.
— Поспешим! Копы только что зашли за угол.
Нам действительно нельзя было мешкать. Люк в баке, установленном на кормовой пристройке между задней стенкой штурманской рубки и подвешенной поперек шлюпкой, был на полном виду с пирса. Мы осмотрелись, и я шмыгнул в пространство объемом с полдюжины гробов.
— Позже я устрою вас поудобнее, — сказал первый помощник. — Часа через два вода встанет[2]Имеется в виду спокойное состояние моря между приливом и отливом..
Мне было вполне комфортно и легко, как не было в течение всех недель, проведенных на реке. Темнота и шесть стенок сразу придали мне ощущение полной безопасности. Я залег после гонки и охоты, и холодное железо бака мне было милее нежной травы под открытым небом. Это было моим первым надежным убежищем, и мне казалось, что здесь я придумаю, где найти следующее.
На самом низком уровне отлива, когда кормовая пристройка опустилась за край пирса, мистер Вейнер принес одеяла, диванную подушку, воду, виски, печенье и ведро с крышкой для личных надобностей.
— Вот вам подушка, мышка-норушка! — объявил он весело. — А еще я открыл вам дополнительную отдушину.
— Что это?
— Выводной патрубок отсоединил. Видите там свет?
Я посмотрел в короткую трубку на дне бака и действительно увидел свет.