Молодой человек от газеты не оторвался. Вблизи он выглядел явно моложе двадцати лет. Черты его лица были мелкими, но пропорциональными. Кожа поражала белизной. Одежда его не отличалась новизной или особым качеством, но носил он ее со строгой мужской опрятностью.
Высыпая табак на согнутую коричневую бумажку, Спейд, как бы между прочим, спросил:
– Где он?
Мальчишка опустил газету и огляделся намеренно медленно, словно бы сдерживая природную быстроту. Он смотрел в грудь Спейда своими маленькими светло-карими глазами из-под длинных загибающихся ресниц. Абсолютно спокойным и ровным голосом он спросил:
– Что?
– Где он? – Спейд продолжал возиться с сигаретой.
– Кто?
– Педераст.
Взгляд ореховых глаз пополз вверх по груди Спейда и застыл на узле его бордового галстука.
– Дурака валяешь? – спросил мальчишка.