– Все это как-то связано с ней?
– Как-то связано.
– Эта вещь, которую он ищет, принадлежит ей?
– Ей или королю Испании. Радость моя, у тебя, кажется, есть дядя, который преподает в университете историю или что-то в этом роде?
– Кузен. Ну и что?
– Если мы доверим ему историческую тайну четырехвековой давности, как ты думаешь, сможет он какое-то время держать ее при себе?
– Да, он очень приличный человек.
– Прекрасно. Тогда бери карандаш и бумагу.
Она взяла то и другое и села в свое кресло. Спейд снова намочил платок холодной водой и, прижимая его к виску, встал перед ней и продиктовал ей историю о соколе в том виде, в каком он услышал ее от Гутмана, начиная с дара Карла ордену госпитальеров до прибытия уже покрытой эмалью птицы в Париж вместе с карлистами. Он запинался на именах и иностранных названиях упоминавшихся Гутманом работ; но все-таки сумел произнести их достаточно похоже. Остальной текст он повторил с точностью, которая отличает только очень опытных репортеров.
Когда он закончил, девушка подняла на него свое раскрасневшееся личико и улыбнулась.