Он назвал еще один номер и сказал:
– Здравствуй, дорогая, соедини меня с Сидом… Привет, Сид, это Сэм. Окружной прокурор назначил мне сегодня свидание на половину третьего. Позвони мне – сюда или домой – около четырех, просто, чтобы убедиться, что у меня все в порядке… Плевал я на твой субботний гольф, я плачу тебе деньги за то, чтоб меня не упекли в тюрягу… Хорошо, Сид. Пока.
Он отодвинул от себя телефон, зевнул, потянулся, дотронулся до больного виска, посмотрел на часы, свернул сигарету и курил в полудреме, пока не пришла Эффи Перин.
Эффи Перин вошла улыбающаяся, раскрасневшаяся, с сияющими глазами.
– Тед говорит, что такое возможно, – начала она свой отчет, – и надеется, что твоя история подтвердится. Он говорит, что в этой области он не специалист, но что все имена и даты верны и что фамилии и работы названных тобой авторов, по меньшей мере, не придуманы. Он даже разволновался.
– Это прекрасно, если, конечно, волнение не мешает ему выносить трезвые суждения.
– На Теда это совсем не похоже. Он прекрасный специалист.
– Угу, вся семья Перин, как я вижу, прекрасные специалисты, включая тебя. Только зачем ты вымазала нос сажей?
– Он не Перин, а Кристи, – она вытащила свое карманное зеркальце. – Это пятно, должно быть, от пожара. – Она стерла его уголком носового платка.
– Энтузиазм семьи Перин – Кристи испепелил Беркли? – спросил он.