– Похоже, другого выхода нет, – сказал он с грустью. – Я не мальчик, чтобы позволять так с собой обращаться.
Мэдвиг откинулся в кресле и положил ногу на ногу, Он сказал просто и без нажима:
– Может, ты и взрослый, но слушаться будешь. – Он сжал губы и добавил, словно ему это только что пришло в голову: – Ты уже слушаешься.
Мечтательность и грусть мгновенно слетели с лица Шеда О'Рори. Он надел свою шляпу, поправил воротник пальто и, вытянув длинный белый палец в сторону Мэдвига, произнес:
– Я сегодня снова открываю «Конуру». Я не хочу, чтобы мне мешали. Если ты будешь мешать мне, тебе не поздоровится.
Мэдвиг потянулся к телефону и попросил, чтобы его соединили с начальником полиции.
– Алло, Рейни, – сказал он. – Да, прекрасно. Как семья?.. Вот и хорошо. Послушай, Рейни, до меня дошел слух, что Шед снова хочет открыть свой кабак сегодня вечером. Да. Врежь ему, чтоб он больше не рыпался... Вот именно. Ага... До свидания. – Он отодвинул телефон и повернулся к О'Ро ри: – Теперь ты понимаешь, как обстоят дела? Тебе конец, О'Рори. В этом городе тебе уже не подняться.
– Понимаю, – сказал О'Рори тихим голосом, повернулся, открыл дверь и вышел.
Кривоногий громила на минутку остановился, нахально плюнул на ковер и вызывающе посмотрел на Мэдвига и Бомонта. Затем тоже вышел.
Нед вытер руки носовым платком. Мэдвигу, который вопрошающе смотрел на него, он так ничего и не сказал. Взгляд его был мрачен.