Дженет удивленно подняла брови.
– А разве она не лежит в постели с нервным расстройством?
– Ах, это! – Нед безмятежно улыбнулся. – Неужели Поль не объяснил?
– Он сказал, что у нее нервное расстройство.
Улыбка Неда сделалась совсем кроткой.
– Наверное ему неприятно об этом говорить, – медленно. проговорил он, глядя на кончик сигары, потом поднял глаза на Дженет и слегка пожал плечами. – Здоровье Опаль в полном порядке. Просто она вбила себе в голову, что Поль убил вашего брата, а потом – что уж совсем глупо – стала болтать об этом на всех перекрестках. Разумеется, Поль не мог допустить, чтобы его родная дочь бегала по городу, обвиняя его в убийстве, вот он и запер ее дома до тех пор, пока она не выкинет эту дурь из головы.
– Вы хотите сказать... – Дженет запнулась, глаза ее заблестели, – что она... что ее... держат взаперти как пленницу?
– Ну, это уж чересчур романтично, – рассмеялся Нед, Опаль ведь еще ребенок. Детей в наказание запирают дома.
– Да, конечно, – торопливо согласилась Дженет. Она посмотрела на свои сложенные на коленях руки, потом снова подняла глаза на Неда. – Но с чего это пришло ей в голову?
– А разве она одна так думает? – Голос Неда был так же сдержанно вежлив, как и его улыбка.