Однако ни спокойствие Мэдвига и Неда, ни их деловитость не могли рассеять напряженной атмосферы.
Через пятнадцать минут Мэдвиг поднялся и сказал:
– Конечно, успокаиваться еще рано, но дела идут неплохо. Работайте как следует – и мы своего добьемся. – Он встал у двери и по очереди пожимал руку своим подручным, которые уходили довольно поспешно.
.Когда они остались одни, Нед, не вставая со своего стула у окна, спросил:
– Мне что – остаться или сматываться?
– Оставайся, – Мэдвиг подошел к окну и выглянул на залитую солнцем Китайскую улицу.
– Так, значит, атакуем с налету? – спросил Нед после короткой паузы.
Мэдвиг, отвернувшись от окна, кивнул.
– По-другому я не умею. – И он улыбнулся Неду своей мальчишеской улыбкой. – Разве что еще и с наскоку.
Нед хотел было ответить, но тут дверь открылась, и в комнату вошел человек немногим выше среднего роста и ладно скроенный, что придавало его фигуре обманчиво хрупкий вид. Хотя волосы у него были совсем седые, ему вряд ли было больше тридцати пяти лет. С длинного, узкого, правильного лица смотрели ясные серо-голубые глаза. На нем было темно-синее пальто, надетое поверх темно-синего костюма, в руках, на которые были натянуты черные перчатки, он держал черный котелок.