Предмет её — Самария или царство Израильское. Здесь, в противоположность вышеуказанной участи, которую готовили Израильтяне царству Иудейскому, пророк изображает участь, предстоящую им самим. Упомянув о самохвальстве Израильтян, мечтающих скоро оправиться от последствий контрибуции (4 Цар 15:19–20 [174 ]) и опеки царя Ассирийского Пула или Фула ( кирпичи пали — построим из тесаного камня; сикоморы вырублены — заменим их кедрами (9:10)), пророк показывает, что они, не вразумляющиеся постепенностью наказаний, т. е. ни войною (9:8–12 [175 ]), ни гражданскими беспорядками, вероятно, свержением одних и восшествием других царей на престол и междуцарствиями (9:13–17 [176 ]), ни засухой и междуусобиями (9:19–21 [177 ]), частью падут на предстоящей войне с Ассириянами, частью пойдут в плен (10:1–4 [178 ]). Вероятно, здесь разумеется то, что Факию, сына Манаима, убил Факей, но сам свергнут с престола и потом убит Осией, последним царем Израильским. А до восшествия Осии на престол было девятилетнее междуцарствие, ибо свергшие Факия с престола неожиданно встретили сопротивление в его, Осии, приверженцах, с кем и вели девятилетнюю войну, пока Факей не был убит Осией, очистившим таким образом себе дорогу на Израильский престол.

Третья пророческая речь из произнесенных во дни Ахаза, излагается с пятого стиха десятой главы по двенадцатую главу. Эта речь направлена против Ассириян и произнесена, вероятно, вскоре после взятия Дамаска, когда быстрый успех или военное счастие пробудило в Ассириянах обширные завоевательные мечты насчет царства не только Израильского, но и Иудейского. Пророк обнаруживает эти мечты и излагает пути Божественного промысла, чтобы народ Иудейский понял, что решитель судьбы народов есть Сущий Бог Израилев. Ассур, жезл гнева Моего! и бич в руке его — Мое негодование! Я пошлю его против народа нечестивого и против народа гнева Моего; а он все успехи приписывает своей мудрости и могуществу (10:5–14). За таковую неуместную гордость, похожую на то, как будто секира может величаться пред секущим ею, Господь грозит у Ассириян отнять их преобладание над народами. Так остаток Израиля, т. е. царство Иудино, свергнет их иго (принятое Ахазом), и Иерусалимлянам пока не следует бояться Ассириян, хотя они и пойдут на Иерусалим через Аггай, Махмас до Новы (пророк за 20 лет или более столь ясно видит предстоящее нашествие Сеннахиримово, что пишет военный маршрут и в именах городов обозначает станции), даже погрозят рукой горе Сионской (10:15–33 [179 ]). Но тогда Господь сорвет или вырубит эти красивые величающиеся ветви, т. е. Ангел погубляющий истребит лучшую часть Ассирийского войска (10:33–34 [180 ]).

Ибо из усеченного дерева Иессеева произойдет Отрасль или, по изложению в Халдейском парафразе, взыдет царь от сынов Иессея, и Мессия от сынов — сынов его помажется и и почиет на нем Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия; и страхом Господним исполнится (11:1–3). Он произведет совершенную перемену в людях и умиротворит народы, так что волк будет жить вместе с ягненком, он наполнит всю землю боговедением, и соберет изгнанников Израиля, и рассеянных Иудеев созовет от четырех концов земли (11:4–16). В то время Иудей скажет: Славлю Тебя, Господи; Ты гневался на меня, но отвратил гнев Твой и утешил меня (12:1–6).

В этой речи Исаии основанием особого Божия благоволения к царству Иудину указывается происхождение Мессии от племени Давидова (11:1–10 [181 ]). Пророчество сие замечательно тем,

1) что указывает рождение Мессии в то время, когда дерево дома Иессеева будет усечено до корня, т. е. когда потомство Давидово лишится царского престола и будет скудно членами;

2) что Мессия сделается известен по Духу Божию, по духу страха Божия[Odorari faciet eum in timore Domini, по первому Ватабли.], т. е. по нравственно-духовным качествам и свойствам, а не по военной славе и не по завоевательным наклонностям, как мечтали Иудеи(11:2–3 [182 ]);

3) что он произведет совершенный переворот на земле или переродит людей, так что они оставят свои привычки и изменят самые инстинкты (пастись будут волки с ягнятами; лев будет питаться соломой); но этот переворот будет чисто нравственный и достигнется мирными средствами, преимущественно распространением Боговедения (11:4–9);

4) что Мессия станет как знамя для народов, обратятся язычники, — и покой Его будет слава (11:10), т. е. Церковь Христова составится преимущественно из язычников, так что иудейский элемент будет в ней сравнительно неприметен; — и наконец,

5) что спасение будет делом исключительно милости или благодати Божией. Как освобождение Иерусалима от войска Ассирийского произведено рукой Ангела погубляющего, — иудеям осталось только брать добычу: так точно и во времена Мессии верующие будут в радости… почерпать воду из источников спасения (12:3), каковые источники будут открыты и доступны всякому. Конечно, Господь наказывает человека, но для исправления и спасения, чтобы сделать его способным к получению и употреблению даров милосердия небесного (12:1–4).

Четвертая и последняя из произнесенных при Ахазе пророческая речь Исаии есть видение или бремя на Вавилон, изложена в тринадцатой и четырнадцатой главах (13:1–14:27) и изображает как предстоящее величие Вавилонского царства, тогда еще бывшего одной из областей Ассирийского царства, так и имеющее постигнуть его разрушение Мидо-Персами.