Из книги Аввакума Апостол Павел приводит изречение об оправдании верою: праведный своею верою жив будет (Авв 2:4; Рим 1:17; [1234 ] Гал 3:11 [1235 ]). Точнее или полнее это место у пророка читается так: «Вот, душа надменная не успокоится, а праведный своею верою жив будет». Очевидно, здесь кичливый беззаконник (Навуходоносор) противопоставляется праведнику, богобоязненному Иудею; вера этого последняго противопоставляется кичливости, т. е. неверию и безбожию первого; а жизнь, присущая праведнику, заставляет предполагать погибель нечестивого.
Таким образом речь пророка Аввакума допускает следующий парафрастический перевод: «тот, чья душа неправедна в нем, отвергла положительные понятия предания, попрала страх Божий и исказила идею о Боге — неизбежно надмевается, делается необузданным и впадает в тяжкия преступления, от коих и погибает; напротив, оберегающий в себе чувство страха Божия и наследованные понятия о Творце и Промыслителе, никогда не впадет в таковое надмение и гордость; в своей вере или богобоязненности почерпнет силы к бодрому перенесению искушений и таким образом от веры жив будет».
Эту-то охраняющую, нравственно-воспитывающую и спасающую силу веры, указанную пророком Аввакумом в Ветхом Завете, Апостол полагает в основание своего учения об оправдании верою, независимо от обрядового закона, так как сей последний содержал внешние способы свидетельствовать свои внутренние расположения и понятия или вообще веру во грядущего Искупителя, по пришествии Которого, очевидно, потерял свою нравственно-обязательную силу. А отсюда очевидно, что цель книги пророка Аввакума есть утверждение правильного и благоговейного взгляда на непостижимые пути Правосудного Промысла, именно в ней указывается, что Бог на время попускает нечестивым иметь внешнее превосходство над благочестивыми, но никогда не оставит нечестивого ненаказанным; и что такое попущение бывает для исправления и большего преуспевания праведников, которые по внутреннему расположению стоят несравненно выше своих притеснителей и в живительном источнике своей веры и сердечного упования на Бога всегда могут почернуть спокойствие и радость среди самых горестей; тогда как нечестивцы лишены этой нравственной поддержки, трепещут за свое благоденствие, ожидая мщения от угнетенных и порабощенных.
61. Характер внешнего изложения.
Habbacuc luctator fortis et rigidus, говорит блаженный Иероним, stat super custodiam suam et figit gradum super munitionem, ut Christum in cruce contempletur (Epist. ad Paulin.). Действительно, в защищении путей Божественного Промысла едва ли кто сравнится с Аввакумом. Он непоколебимо стоит на страже и в чудно переплетающихся столкновениях и порабощениях народов созерцает единую вечную правду. Равным образом и читателя своего утверждает на ограждении Церкви, чтобы созерцать славу и победу Христову даже в то время, когда помрачается солнце и руки Вседержителя пригвождены ко кресту. Критики Священного текста (см. в Introduct. I. В. Glaire, tom, IV, pag. 97–100) не находят достаточно слов, чтобы восхвалить величие, простоту, краткость, поразительность и глубину изображений у святого пророка Аввакума, так как, по их заключению, изложение у святого пророка Аввакума совмещает отличительные свойства Исаии, Михея и других Богодухновенных пророков. Особенно в этом отношении удивительна его песнь, изложенная в третьей главе и заключающая в себе все неподражаемые свойства Давидовых Псалмов.
Глава 16.
Книга Пророка Софонии.
62. Сведения о пророке Софонии и время его служения.
Девятая книга в ряду меньших пророков содержит слово Господне, которое было к Софонии, сыну Хусиину, сыну Годолиину, Амориину, Езекиину (Соф 1:1). Из такового перечисления предков до четвертого колена можно заключить, что Софония происходил из знатного рода; иначе таковое перечисление было бы странно и неуместно; только при этом по имени прапрадеда его Езекии не следует заключать, будто Софония был царского рода; ибо к имени этого Езекии не прибавлено наименование «царь», как обыкновенно делают писатели, когда речь идет о благочестивом царе Езекии; — и предание, записанное у Епифания, указывает происхождение Софонии из колена Симеонова, а не Иудина; притом не известно, были ли у Езекии другие сыновья, кроме Манассии; — и такое заключение не согласно со временем пророческого служения Софонии во дни Иосии, сына Амонова, царя Иудина (Соф 1:1 [1236 ]), так как между Езекией и Иосией были только два (Манассия и Амон, всего 57 лет), а не три поколения, как читается в родословии Софонии. Прочие обстоятельства жизни пророка Софонии неизвестны. Из содержания книги его можно заключать, что он проходил свое служение в первые годы царствования Иосии; потому что обличает Иудеев в открытом идолослужении, которое было прекращено по всем городам Иудеи в восемьнадцатый год царствования Иосии (2 Пар 34:3–7, 33 [1237 ]). А отсюда очевидно, что Софония был современник пророка Иеремии, с которым есть у него значительное сходство (напр. Соф 1:4; [1238 ] ср. Иер 8:2; [1239 ] Соф 1:12; [1240 ] ср. Иер 4:1 [1241 ]).