Открытие Народного театра должно было состояться в дни празднования первой годовщины Октябрьской революции[34]. К открытию Вахтангов хочет поставить две одноактные пьесы — «Вор» О. Мирбо и «Когда взойдет месяц» Грегори. Но резкое ухудшение здоровья вынуждает Евгения Богратионовича отказаться от этой работы и передать ее режиссерам 1-й студии МХТ — В. М. Сушкевичу и Р. В. Болеславскому.
После июньского отдыха в санатории Вахтангов вначале работал только в «Габиме»[35] и студии Гунста, Но к осени у Евгения Богратионовича уже нет ни минуты свободного времени.
23 октября он пишет другу, соседу по дому, О. Леонидову (Шиманскому):
«…не могу, не могу выбрать секундочки, чтобы забежать к вам, посмотреть на вас, узнать, как и чем живете вы. Если ты посмотришь на карточку, как распределен мой день, и посмотришь внимательно — сердцем прочтешь ее, — только тогда ты поверишь и увидишь, как я не по-человечески занят.
Вот, например, вчерашний день (а все дни один в один):
От 12–3 — Габима.
3–5½ — урок.
6–10 — Праздник мира.
10½—1 ч. ночи — репетиция спектакля празднеств[36].
Взгляни когда-нибудь, когда забежишь к Надежде Михайловне, на мой календарь, и ты увидишь это проклятое расписание вперед дней на 10–12. Мне некогда поесть, даже за те 15 минут, которые идут на обед, я умудряюсь делать прием.