— Долог день девицы, которая сидит и ждет жениха, сосед, и ты не должен быть так суров с нею, — сказал на это Фольке Фильбютер. — Твоей дочери понравится в Фолькетюне. Сладко будет она спать под моей крышей, сытно есть за моим столом.
— Что–то я не вижу у тебя стола, Фольке Фильбютер, — отвечал на это Ульв Ульвссон, — а моей дочери хорошо и там, где она сейчас. Нет в твоей Фолькетюне ни обычая, ни порядка. Рабы так и пялятся, будто в жизни человека не видели.
— А знаешь ли ты, сосед, что я хёвдинг и имею три корабля?
Ульв Ульвссон улыбнулся.
— Звучит как сказка, но люди говорят, что это правда.
— Первый нищий явился сегодня ко мне во двор, — продолжал Фольке Фильбютер. — Ты сам сказал, сосед, что предвещают такие птицы. Выбирай же теперь: война или союз между нашими домами.
Ульв Ульвссон повернулся, как будто собрался идти, но потом остановился и посмотрел на Фольке.
— Этого я один решить не могу.
— Разве у тебя есть взрослые сыновья? — удивился Фольке.
— И они становятся очень упрямы, когда речь заходит о сватовстве сестры, — кивнул Ульв Ульвссон. — Мы древний род, и все наши предки были лагманами, однако не считай нас заносчивыми. Кто знает, быть может, яркие тряпки твоего полукарлика больше придутся по душе моим сыновьям, чем мне. Как я ступил под твою крышу, так и ты имеешь право ступить под мою со своим делом. И тоже можешь встретить насмешку или отказ. Однако я не против разумной сделки. Друзьями мы с тобой не станем, но я хотел бы, по крайней мере, не видеть в тебе врага. Возьми мой плащ. Разве не собирался ты одолжить его у меня?