Еще отцы этих индейцев слыхали об этой великой реке со множеством островов. Эти трое индейцев заявили отцам своим, что они отыщут эту реку. Теперь они сидели на холме над рекой, и она, могучая, широкая, раскинулась под ними.
Ночное солнце трижды меняло свой вид с тех пор, как они двинулись в путь. Мокассины их износились, ноги устали, но река была так прекрасна, что, любуясь ею, они забыли все.
В то время, как трое индейцев любовались рекой, они увидали белую пирогу, плывшую прямо к тому холму, на котором они сидели. Пирога явилась оттуда, куда уходит солнце, свершив свой дневной путь.
Трое индейцев увидали в пироге седовласого вождя, у него не было весел. Лодка плыла очень быстро, и никто ею не правил. Седовласый вождь приказал лодке причалить у холма, где сидело трое индейцев, и она остановилась.
Седовласый вождь сказал: «Я — Гайавата. Я пришел помочь вам и вашим народам. Расскажите мне, что делает ваш народ, расскажите мне о вашей охоте».
Трое сидевших поднялись и стали рассказывать Гайавате о своем народе. Раньше они думали, что народ их был очень сильный, теперь же им показалось, что они слабы и немощны, как кролики. Они рассказывали ему и о своей охоте, но теперь сердце их не было преисполнено гордости, так как Гайавата был мудрее всякого вождя и знал, что лежало у них на сердцах.
И Гайавата сказал:
— «Ступайте назад к своему народу. Я приду к вам. Вы увидите меня, когда приготовите мне жилище. Я знал, что вы придете, потому что я видел вас в этих дремучих лесах. Ступайте назад и скажите своему народу, что я приду. Скажите, чтобы сделали вигвам для Гайаваты».
Трое индейцев не могли говорить между собой: слишком полны были их сердца. Они отыскали ту тропу, которую они проложили, идя сюда, и пошли по ней к своему народу. И когда они пришли, то рассказали все, что видели, рассказали про мудрого вождя в белой пироге. И вожди народа приготовили для него вигвам.
— Он явится к нам в своей белой пироге, — говорили они.