Так как спички у связистов иссякли, они все время поддерживали свет в небольшой коптилке. Но теперь, когда стемнело, Могутов потушил коптилку, чтобы отблески огонька в мезонине не открыли станцию.
Было темно и холодно.
Так прошла первая ночь.
В эту ночь никто из связистов не сомкнул глаз. Утром они обнаружили, что продышанный глазок снова заледенел.
Связисты слышали, как внизу разговаривали солдаты.
Продышать новый глазок на заиндевевшем стекле было небезопасно.
Прогревая пулеметы, солдаты на всякий случай выпустили очередь по окошку мезонина. Пули, пробив в стекле маленькие отверстия, пролетели над головами связистов и впились в крашенный белой краской потолок.
Маляру Кононову нравилось, что потолки и стены в здешних местах выкрашены масляной краской. Вернувшись на родину, он собирался ввести этот обычай у себя в районе.
Связисты притаились. Новых очередей не последовало.
Сквозь пробитые в окне дырочки товарищи могли наблюдать за действиями противника, не рискуя выдать себя.