— Жарко!.. Мясо жирное!.. Вот если бы к нему было что-нибудь солёного или кислого…
— Это верно! Тогда бы и я поел. — И Воронин с укоризной посмотрел на Никиту Свернигора. — Чем шашни разводить в посёлке, ты бы лучше о комбате позаботился. Насчёт кваску бы подумал, или, скажем, о свежепросоленных огурчиках. Вот это была бы забота о живом человеке!
Свернигора вскочил с места.
— Тогда, может быть, обед вам подать немного попозже?.. Я достану огурцов!
— Достанешь! — протянул Воронин.
— Ей-богу, достану! — загорелся Свернигора. — Вы только прикажите!..
— Рядовой Никита Свернигора, — смеясь сказал Воронин, — приказываю к ужину достать солёных, а ещё лучше — свежепросоленных огурцов!
— Есть! — щёлкнув каблуками, широко улыбаясь, ответил Свернигора.
— Выполняйте! — сказал Воронин.
Свернигора стал убирать со стола. Я и комбат закурили и вышли наверх. Пока мы размышляли, в какую роту нам пойти, Воронина вызвали к телефону. Я остался ждать его под сосной. Вскоре мимо меня, с автоматом за плечом и тремя дисками на поясе, торопливо прошёл Никита Свернигора. Я спросил у него: