* * *
Проснулся я от сильной артиллерийской канонады. Соседняя койка была пуста… Телефонист, как призрак, сидел в своём углу, клевал носом и всё бубнил: «Я — луковица, я — луковица»…
— Где комбат? — спросил я, вставая. — Что случилось?
— Ничего особенного, — сонным голосом нехотя ответил телефонист. — Артиллерия состязается.
— А комбат давно ушёл?
— Давно. Ушёл во второй батальон, к Корневу. Туда и все ушли.
— Ну, так, значит, что-то случилось там?
— Да нет, Свернигора вернулся, поглядеть на него пошли.
Я забрал полевую сумку и направился во второй батальон.
Сухой сосновый лес стоял изрубленный осколками мин и снарядов, во многих местах сожжённый, но в косых, солнечных лучах, а потому был прекрасен и казался тишайшим лесом, хотя всё вокруг гремело и рокотало, от грома артиллерии.