— Раз десять!.. — простонал Дэн чуть слышно.
— Это лекарство надо принимать через каждые двадцать минут, — говорит помощник, и все четверо больных застонали, как один.
— Я не могу этого позволить, — говорит капитан. — Мы не можем рисковать жизнью людей ради опыта.
— Никакого опыта тут нет, — сердито отвечает помощник, — это старинное, давно испытанное семейное средство.
— Но я больше не разрешаю давать его, — говорит капитан.
— Послушайте, — говорит помощник, — если хоть один из них умрёт, я плачу вам двадцать фунтов стерлингов.
— Прибавьте ещё пять, — говорит капитан, немного подумав.
— Идёт! — отвечает помощник. — Двадцать пять! Кто ещё способен на такую щедрость? Скоро пора уже принимать вторую порцию.
Когда капитан ушёл, помощник напоил больных во второй раз, к великому удовольствию тех, кто не был болен. И на этот раз он не позволил им ничем заедать или запивать; он сказал, что тогда лекарство не имеет силы, а чтоб не было никакого соблазна, приказал убрать с глаз всё съедобное, что мы, конечно, с большой радостью сделали.
После пятого приёма больные были уже в отчаянии и не находили себе места, а когда помощник сказал, что их и ночью будут поднимать через каждые двадцать минут, они не выдержали Дэн сказал, что он уже чувствует большое облегчение, а Гарри — что это лекарство для его лёгких лучше всякого бальзама. Все больные согласились, что это просто чудодейственное средство, и после шестого приёма тот, кто лежал в параличе, вскочил с койки, со всех ног бросился на палубу и, как кошка, быстро взобрался на самую высокую мачту. Он просидел там несколько часов, харкая и отплёвываясь, и побожился перед всеми, что он размозжит тому голову, кто вздумает стащить его с мачты.