— Достань какую-нибудь другую.
— Мне кажется, что на всём корабле нет ни одной иголки, — сказал Тэд, хорошо запомнивший наставления помощника, — да и ниток не осталось. Я только вчера говорил об этом помощнику.
Капитаном снова овладело отчаяние. Он жестом прогнал Тэда и, усевшись на корабельном сундуке, впал в мрачное раздумье.
Как только судно вышло в открытое моря, он поднялся на палубу и принял команду. Единственным измененном в его костюме было то, что дамскую шляпу он заменил зюйдвесткой, и свои обязанности выполнял в этом наряде, а несчастный Томми продолжал носиться по палубе в одеяле. Три дня в море прошли, как дурной сон. Капитан посматривал на всех с такой завистью, что матросы, проходя мимо, инстинктивно хватались за брюки и быстро застёгивали куртки на все пуговицы. Отбросив мысли о славе, он в гавань Батлси решил войти ночью, но так не вышло. Ветер вдруг упал, и солнце было уже высоко, когда они завидели на горизонте Батлси.
Капитан продолжал стоять у руля, пока до гавани оставалось не больше, как с милю. Тогда его руки как-то вдруг ослабели, и он тревожно стал посматривать вокруг, ища глазами помощника.
— Где Боб? — крикнул он.
— Он очень болен, сэр, — сказал Тэд, качая головой.
— Болен? — удивился капитан. — А ну-ка, стань у руля на минуту.
Он передал руль Тэду и, подобрав юбку, быстро спустился в трюм. Помощник сидел на своей койке, согнувшись в три погибели, и страшно стонал.
— Что с тобой? — спросил капитан.