85. А у которого человека у государя изорник помреть в записи, в покрути, а жена у него останется и дети не в записи, ино изорничи жене и детем откличи нет от государеве покруты, а та им покрута платит по той записи; а будет не в записи был изорник, но их судити судом псковской пошлине.
86. А будет у изорника брат или иное племя, и за живот поимаются, ино государю на них и покруты искать, изорничю брату, изорничю племяни государя не татбит ни локошки, ни кадки; а только будет конь или корова, ино волно искати у государя.
112. А боран присужать 6 денег, а за овцу 10 денег государю, а судьи 3 денги старая правда. А за гусак и за гусыню присужать по 2 денги государю, на суде 3 денги, а за утицу и за селезня, и за кур, и за кокошь присужать по 2 денги.
115. А княжим людем по дворам корчмы не держать ни во Пскове, ни на пригороде, ни в ведро, ни в корец, ни бочкою меду не продовати.
ПСКОВСКАЯ СУДНАЯ ГРАМОТА
Перевод Л. В. Черепнина и А. И. Яковлева; напечатан в «Исторических записках», № 6, приложение.
Эта грамота выписана из грамоты великого князя Александра, из грамоты князя Константина, и изо всех приписок псковских исконных обычаев, по благословению отцов своих попов всех пяти соборов, и иеромонахов, и дьяконов, и священников, и всего божьего духовенства, всем Псковом на вече, в 1397 (1467?) году.
Ст. 1.
Вот дела, подлежащие княжескому суду. Если обокрадут кладовую из-под замка, или сани, крытые войлоком, или воз, увязанный веревками, или лодью, заделанную лубом, или если украдут (хлеб?) из ямы, или скот (из запертого хлева?), или сено из непочатого стога, то все эти случаи кражи подлежат княжескому суду, а пени (за каждый указанный случай) взыскивается 9 денег. А за разбор, нападение, грабеж (пени в пользу города Пскова?) — 70 (9?) гривен, в пользу князя— 19 денег и в пользу князя и посадника — 4 деньги.
Ст. 2.