ПОЖАР В МОСКВЕ
Тем временем слуги Морозова пустили в городе по ветру огонь, может быть, с целью произвести в народе раскол; тогда от пожара произошел такой вред, что в течение немногих часов обратилась в пепел и сгорела лучшая половина города внутри и вне белых стен, начиная от реки Неглинной, до 24 тыс. домов; во время этого пожара сгорели и погибли несметные сокровища и богатства в купеческих товарах и другом имуществе, так что у одного человека, который был там самым богатым купцом, убыток доходил до 150 тыс. руб.; погибло также до 500 тыс. тонн зерна… Погибло также больше 2 тыс. человек, большею частью в состоянии опьянения: воспользовавшись добычей, они сначала веселились, затем погрузились в сон, были захвачены огнем и сгорели, так что пир их окончился бедою.
Народ обратил мало внимания на этот пожар: он жаждал крови, и так как ему в угождение не выдавали Морозова, то он стал требовать выдачи другого знатного господина, по имени Петра Тихоновича Траханиотова, к которому они относились подозрительно, считая его виновником незадолго перед этим наложенной на соль пошлины; но так как его в то время не было в Москве под рукой, а был он в деревне, в нескольких милях от Москвы, то его царское величество попросил отсрочки и согласия и обещал призвать его. Так и было сделано; именно, спустя два дня, 5 июня, он был привезен в город, и ему топором отсекли голову. В доме этого Тихоновича во время грабежа найдена была печать его царского величества и два монетных штемпеля, с помощью которых он устраивал много обмана и плутовства, так что из-за этого на многих из них [москвичей] пало подозрение, будто они делают фальшивые монеты, они были взяты под стражу и невинно замучены до смерти. Ходила молва, что в этих мошенничествах с ним сошёлся тайно Морозов и, вероятно, был с ним заодно, потому что посредством такой подделки монет он собрал много денег и добра и в короткое время так удивительно разбогател, что присвоил себе добрую половину княжества.
Между тем, часто упоминаемый Морозов частью из страха, частью от угрызений совести хотел тайно спастись бегством из Москвы, но был настигнут некоторыми знавшими его и возвращен в Москву; таким образом, и он попал бы в руки толпы, если бы не был освобожден теми, кто его поймал, и снова доставлен в Кремль, откупясь от них большим количеством золота; тогда его царское величество еще раз употребил все усилия, чтобы через посредство патриарха примирить Морозова с народом, но из этого совсем ничего не вышло, так что народ даже явно восстал против патриарха. Они готовы были и его царское величество до тех пор считать изменником, пока не добьются, согласно его [царя] обещанию, высылки Морозова от двора и из города; они [москвичи] решили даже, если его царское величество добровольно не надумается это сделать, силой понудить его к этому, так что он [царь] должен был еще раз клятвенно обещать выслать его на следующий день, что и было сделано: упомянутый Морозов был отослан под сильным конвоем стрельцов в Кириллов монастырь на Белоозере, находившийся в 120 милях от Москвы, и, таким образом, дано было удовлетворение желаниям народа.
153. РАССПРОСНЫЕ РЕЧИ В НОВГОРОДЕ СТРЕЛЬЦОВ О
НАЧАЛЕ ВОССТАНИЯ В ПСКОВЕ (1650 г., марта 4)
Этот документ и №№ 154–155 сообщены М. Н. Тихомировым. Подлинники хранятся в Центральном государственном архиве древних актов (ЦГАДА). «Приказные дела старых лет», № 24, 1650.
158-го, февраля в 25 день, по государеве цареве и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии проезжей грамоте за приписью дьяка Алмаза Иванова посыланы были из Великого Нова-города за денежною казною со псковитином с Марком Тимашевым, да с свеянином с Логином Нумменсоном в провожатых новогородцких стрельцов, Якушко Дмитриев с товарищи, двадцать человек.
И марта в 4 день тех провожатых новгородцких стрельцов в Великий Новгород изо Пскова приехало одиннатцать человек: Юшка Васильев с товарищами, а девять де человек изо Пскова по обету пошли молитца в Печерский монастырь.
И в съезжей избе околничему и воеводе князю Федору Андреевичу Хилкому да дьяку Василью Софонову те стрелцы одиннатцать человек обеих приказов, Юшка Васильев сын, прозвище Медветков, Ромашко Микитин, Якимко Омельянов Устюжанец, Александрии Яковлев, прозвище Пичюля, Петрушка Степанов, прозвище Косома, Наска Минин, прозвище Сорока, Савка Авдеев, Микитка Иванов, прозвище Курица, Аникейко Аникиев, Иевко Васильев, Ягушко Трофимов в роспросе сказали: