Эмир Гейб-султан, — который был правителем Дамгана и Бастама, услыхав весть об этом, форсированным маршем направился в-Астрабад и принял меры к охране города. Затем он довел до сведения шаха о положении вещей. Когда шах узнал о том, что племя охлу взбунтовалось и что подстрекателем к бунту был Аба, им для подавления смуты того мятежника были командированы в 962 г. хиджры [1554/1555 г.] Кокча-султан, каджар, Али-султан Тати-оглу, Черенадаб-султан и Мустафа-султан. После того как они прибыли к месту назначения, Аба, не имея возможности оказывать сопротивление шахскому войску, бежал в Хорезм и стал просить помощи у Али-султана узбекского. Али-султан, увлеченный мыслями о нападении и добыче, отправился в Джурджан с большим войском. Но когда он приблизился к лагерю военачальников и добыл сведения о численности и качестве войска кызылбашей (персов), ему пришлось раскаяться в том, что он пришел. Он завел речь о дружеских отношениях, и с той и другой стороны были сделаны взаимные подарки и подношения. Договор заключался в следующем: Али-султан обязался в том, что Аба на будущее время, оставшись при своем, не будет выходить из рамок лойяльности, а военачальники обязались не причинять ему никакого вреда.
После заключения мира и клятв Али-султан возвратился в Хорезм. Кокча-султан в этом походе умер. Остальные военачальники разошлись по свдям областям.
После того, как упомянутый Аба составил себе имя благодаря этим смутам и бунтарским выходкам, он стал домогаться превосходства над своими родственниками. В 965 г. хиджры [1557–1558 г.], когда Ибрахим-хан был назначен управлять Астрабадом, Аба, собрав толпу непокорных туркмен, окончательно захватил Астрабадскую область. Ибрахим-хан, не имевший силы оказать ему сопротивление, донес шаху о туркменском бунте. В то время его величество пребывал в своей резиденции Казвине 3 Он назначил главнокомандующим Шах-кули-халифе-и-мухрдара 4 с кучкой выдающихся военачальников, вроде Бедр-хана, Ядгар-Мухаммед-султана, тархана 5 туркменского, Рустем-хана ашарского и других и послал на помощь Ибрахим-хану с наказом принять все меры, чтобы уничтожить Аба.
Военачальники, построив войско согласно надлежащим военным правилам, вошли в Астрабадскую область, соединились с Ибрахим-ханом и, сообща сделав наступление на этого предводителя мятежников, привели туркмен в полное смятение. Аба, не имея силы устоять перед противниками и бросив свои палатки, обратился в бегство. Воины, разграбив его улус, остановились лагерем в той местности. В этот момент Аба, появившийся вместе с отрядом туркменских мятежников, вознамерился вступить в бой; тогда шахское войско также построило ряды, и они завязали сражение. Но так как вследствие ускоренного марша и жары лошади воинов утратили способность двигаться и в своей неподвижности были подобны коням шахматной доски, то сражение с туркменами затянулось до ночи. Когда же наступила ночь, противники прекратили сражение и расставили караулы. На другой день Аба с отрядом племени охлу явился на место боя. После многократно повторявшихся атак, произведенных с обеих сторон, Аба почувствовал свою собственную слабость и силу войска кызылбашей. Убедившись, что ему не выиграть сражения, он отступил, направившись в Хорезм.
Военачальники, преследовавшие его, скакали до Атрека 6. В раскаленном воздухе этой пустыни у Шах-кули-халифе, главнокомандующего войском, сделались неожиданно спазмы желудка, и он умер. Остальные военачальники, не подчинившись верховному командованию Бедр-хана, поступали всяк по своему усмотрению, рассыпались в разные стороны, нападали и грабили и вследствие непрекращающегося рыскания и скачек привели своих лошадей в негодное состояние. В это самое время воины, державшие караулы, принесли сообщение, что Али-султан узбекский, вторично обратившись к вражде и коварству, прибыл со своим войском на помощь Аба. Бедр-хан, ни минуты не медля, вскочил на коня и поспешил прямо навстречу узбекскому войску. Али-султан, побаиваясь неустрашимых кызылбашей, позаботился о мерах предосторожности и прорыл ров вокруг своего лагеря. Затем, укрепив ров, он возвел еще нечто вроде крепости. Шахские воины, приблизившись к линии рва, пошли на приступ, а узбеки, находившиеся за укреплениями рва, осыпали воинов ружейными пулями.
В то время как кызылбаши были заняты сражением с узбеками, Аба появился в тылу противника с отрядом в 200 человек. Сколько военачальники ни говорили Бедр-хану, что неприятель «откроет ворота коварства и хитростей», сколько ни убеждали его послать отряд для защиты тыла войска от вредных последствий коварства и хитрости Аба, он не счел эти речи заслуживающими внимания, не придавая противнику никакого значения, и сражался с узбеками до тех пор, пока Аба не появился в тылу у конюших и стремянных и не запер лагерную прислугу. Последние, смешавшись, в страхе перед туркменскими стрелами, обрушились на находившихся около рва всадников в то самое время, когда часть последних уже перешла ров и схватилась с узбеками. Узбеки, набравшиеся храбрости, осыпали всадников градом пуль, и вследствие этой убийственной стрельбы войско пришло в полное расстройство. Так как ни начальники, ни солдаты не поступили согласно правилам военного дела и не приняли мер предосторожности, то они потерпели тяжелое поражение. Им не было другого выхода, как броситься в воду Гюргена, как раз в том месте, где не было никакого брода и никакого перехода, и многие из них утонули в пучине гибели. Около 1000 молодых кызылбашей были убиты в этом сражении или попали в плен. Из числа военачальников Ибрахим-хан и Рустем-хан оказались убитыми. Бедр-хан и Ядгар Мухаммед-хан попали в плен.
186. АНТОНИЙ ДЖЕНКИНСОН. ПУТЕШЕСТВИЕ В СРЕДНЮЮ АЗИЮ В 1558 г
Английский путешественник Антоний Дженкинсон совершил в 1558 году путешествие в Среднюю Азию. Путь Дженкинсона шел по Волге до Астрахани, от Астрахани морем вдоль берегов Каспийского моря до залива Мангышлак, а далее сухим путем в Бухару. Приводим описание Бухары, сделанное Дженкинсоном, по изданию «Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке», стр. 182–185.
23 декабря мы прибыли в город Бухару в Бактрийской земле[175]. Эта Бухара расположена в самой низменной части страны; она окружена высокой земляной стеной с различными воротами и разделена на три части: две из них принадлежат королю, а третья отведена купцам и рынкам; каждое ремесло имеет здесь особое место и свой особый рынок. Город очень велик; дома по большей части земляные, но есть также немало каменных домов, храмов и сооружений, роскошно построенных; в особенности бани так искусно выстроены, что подобных им нет на свете; рассказывать о том, как они выстроены, было бы слишком долго. Посреди города протекает маленькая речка, вода которой очень нездорова, так как у людей, пьющих ее, в особенности у тех, которые не рождены здесь, порождает червей, длиной с локоть… А между тем здесь запрещено пить что-либо, кроме воды и кобыльего молока, и если находят кого-либо, нарушившего этот закон, его жестоко секут и бьют, водя по открытым рынкам. Для этого определены особые чиновники, имеющие право входить во все дома и обыскивать, нет ли у хозяина водки, вина или напитка из меда с солодом. Если они находят что-либо подобное, то бьют посуду, портят напитки и жесточайше наказывают хозяина дома, а иногда если они только заметят по дыханию человека, что он выпил, то дело решается без дальнейшего разбирательства, и он уж не уйдет из их рук.
В Бухаре есть духовный глава, который наблюдает за столь строгим исполнением этого закона. Его больше слушают, чем короля; он может сместить короля и посадить другого по своей воле и желанию, как он и поступил относительно того короля, который царствовал во время нашего пребывания, и относительно его предшественника, смещенного его же стараниями; он предал его и приказал убить его ночью в его спальне: а это был государь, хорошо относившийся ко всем христианам.