К моменту возникновения чехословацкого мятежа из районов Заволжья большая часть красных отрядов была отправлена для борьбы с Красновым, Дутовым, Семеновым или подавляла кулацкие мятежи. В силу этих причин большинство городов, через которые следовали чехословаки, осталось без вооруженной силы.
Красные отряды, принявшие на себя первые удары чехословацкого корпуса, по численности были слабее противника, плохо обучены, не имели достаточно опытного командного состава. Кроме того, большинство отрядов состояло из рабочих, самоотверженно дравшихся везде, где только была возможность оказать сопротивление чехам, но не умевших еще вести маневренную войну. Привычка драться небольшими группами (десятками), как этому учила красногвардейцев тактика уличного боя, показала себя в полевых условиях с отрицательной стороны.
Движение в эшелонах вперед до полного соприкосновения с противником) часто оканчивалось катастрофой. Бывшие фронтовики при первых же выстрелах противника умело рассыпались в цепь. Но наибольшая часть отряда — рабочие, не искушенные в тактике полевой войны, по выходе из вагонов по привычке сбивались в группы по 7-10 человек, стреляли стоя и в лучшем случае с колена, не умея применяться к местности, и несли при этом большие потери.
Артиллерия часто не могла оказать помощь пехоте, так как эшелон, попав неожиданно под обстрел противника в выемке или на крутой насыпи, не мог стащить с платформ свои орудия. Все это, конечно, несмотря на героизм и отвагу красногвардейских отрядов, их ослабляло.
Чехословаки же, снабжаемые Антантой, были хорошо вооружены и организованы. Предатель Троцкий не только умышленно не выполнил постановления Совнаркома о разоружении чехов, но и позволил им следовать крупными войсковыми соединениями. Кроме этого, чехословаки были поддержаны всеми контрреволюционными элементами, эсерами, меньшевиками и черносотенной массой офицеров, скрывавшимися после Октябрьской революции в районе Средней Волги. При помощи этих контрреволюционных элементов отдельные очаги кулацких мятежей объединились для совместных действий, увлекая за собой обманом в первой половине борьбы и значительную часть середняцкого крестьянства.
Высшие командные и штабные должности в Красной Армии в первый период борьбы зачастую были заняты ставленниками Троцкого — эсерами, меньшевиками и контрреволюционными офицерами. Таковы были предатели: главнокомандующий Муравьев, пытавшийся открыть чехам путь на Москву, командующий 2-й армией Махин и командующий 3-й армией Богословский. Эти предатели перебежали к белым, захватив с собой планы обороны Уфы и Екатеринбурга.
Большую вредительскую роль в первый период борьбы сыграло и «руководство» боевыми операциями непосредственно из оперативного отдела штаба Троцкого. Приказы и распоряжения, часто противоречивые, без учета обстановки и помимо командующего фронтом, сыпались оттуда в каждый большой и маленький отряд. Дезорганизованные таким руководством, отряды пробовали протестовать, но эти протесты троцкистами не принимались во внимание.
Таковы были основные причины наших неудач на Восточном фронте до половины августа 1918 г.
Советская страна переживала самый тяжелый период: немцы оккупировали Украину, Краснов хозяйничал на Дону, чехословаки отрезали центральные губернии от сибирского хлеба, а новый урожай еще не созрел. В этот тяжелый момент В. И. Ленин телеграфировал товарищу Сталину: «…о продовольствии должен сказать, что сегодня вовсе не выдают ни в Питере ни в Москве. Положение совсем плохое. Сообщите, можете ли принять экстренные меры, ибо кроме как от Вас, добыть неоткуда…»[35].
Великий стратег революции товарищ Сталин со своим верным соратником товарищем Ворошиловым спасли страну от тяжелых испытаний. Под их непосредственным руководством были разбиты полчища Краснова у Царицына, пытавшегося на юге замкнуть кольцо окружения Советской республики и отрезать нас от последнего источника питания— кубанского хлеба. С разгромом Краснова были разрушены планы интервентов и белогвардейцев Сибири сомкнуться с контрреволюционными силами Юга для совместного наступления на Москву.