— Несколько сот лет тому назад в Швейцарии жил один человек по имени Вильгельм Телль; он славился во всей стране как самый меткий и искусный стрелок, а это что-нибудь да значит в такой стране, где почти всякий житель стреляет получше Пучеглазки…
Начало рассказа про Вильгельма Телля очень заинтересовало лесных человечков, и они все обратились в слух. Один только Мурзилка отошёл в сторону и стал смотреть в зеркальце, которое он всегда косил с собою. В то же время он, однако ж, внимательно слушал рассказ.
— Соседи любили храброго, справедливого стрелка Вильгельма, — продолжал доктор Мазь-Перемазь, — не любил его только злой начальник деревни и всячески старался притеснять его. Однажды жестокость старшины дошла до того, что он, призвав Вильгельма Телля, сказал ему: — «Слушай, про тебя говорят, что ты лучший стрелок; докажи это на деле, прострели яблоко, которое будет лежать на голове твоего сына!» — Задрожал бедный отец. — «Смилуйся, ведь долго ли до несчастья!» — взмолился он, — «у меня может дрогнуть рука, и тогда я прострелю голову моего ребёнка; делай со мною, что хочешь, но избавь от такого ужаса». — Но старшину не тронули мольбы отца, и он не взял назад сказанных слов. — «Батюшка, чего ты боишься? — сказал маленький сынишка Телля. — «Разве у такого стрелка, как ты, может случиться промах, полно! Я не боюсь, давайте сюда яблоко. Стреляй, батюшка, и не бойся!» — воскликнул храбрый ребёнок, обводя гордым взглядом окружающих. Смелому мальчику положили на голову яблоко. Раздался выстрел. Глазам присутствующих представились потрясённый, бледный отец и улыбающееся личико сына с простреленным яблоком на голове.
— Каков мальчик! — вырвалось у всех эльфов, — каков молодец! Даже подумать страшно!..
— Что же тут страшного? — послышался из-за дерева хвастливый голосок Мурзилки, — хотите, я готов сделать то же самое?
— Не хвастай, Мурзилка, — заметил ему доктор Мазь-Перемазь, — где тебе, трусишке!
— А вот не струшу, — кричал Мурзилка, — не струшу! Несите яблоко…
Несколько карликов отправились в ближайшие сады за яблоками; малютки отыскали несколько самых больших яблок, в несколько раз больше Мурзилкиной головы, так что в них легко было попасть. С трудом притащили крошки тяжёлую ношу.
— Неужели, в самом деле, хотите стрелять в эти яблоки? — плакался насмерть испуганный трусишка; он не думал, что братья примут всерьёз его хвастовство.
Когда положили ему на голову яблоко, он задрожал и не своим голосом закричал: