Крошки опять надели сапожки-скороходы, шапочки-невидимки и пустились в путь. К вечеру они уже подходили к главному городу Бельгии — Брюсселю. Тут, как и в Голландии, их поразили чистота и порядок улиц, масса садов и цветов, преимущественно тюльпанов, украшающих дома с блестящими на солнце, чисто вымытыми стёклами. Бельгийские женщины, как и голландки, носили на головах громадные чепцы с бантами.
Эльфы бегали по всем закоулкам, забирались в дома и магазины; наконец, они остановились для ночлега в одном загородном саду.
— Господа, — сообщил шепотом Чумилка-Ведун, — я сейчас глядел в щёлочку забора и видел на другом дворе какую-то удивительную штуку, — не посмотреть ли нам, что это такое?
— Ещё бы! конечно! — ответили все.
Был лунный, светлый вечер; влажная трава благоухала; в тихом, тёмном небе сверкали яркие звёзды… Эльфы умылись росой и, освежившись, перелезли один за другим через забор, чтобы познакомиться с удивительным открытием Чумилки.
На дворе лежали сломанные прялка, веретено и рогульки, которыми держат мотки во время наматывания клубков.
— Фу, какое старьё! — протянул презрительно Мурзилка.
— Что такого! Мы старьё починим, — ответил Дедко-Бородач.
— Да, да! починим, починим! — заскакали крошки.
— Но здесь неудобно производить работу, — сказал Заячья Губа. — Лучше перенесём все предметы подальше, где никто нам не помешает.