Через минуту Вера встала.
— Я пойду также послушаю, что они, — сказала она тихо и осторожно.
— Вот охота! — возразила Прасковья Андреевна.
— Как же, сестрица, может быть, они в самом деле так нездоровы. Маменька скажет: не хотели проведать.
— Полно, сделай милость, — прервала Прасковья Андреевна, — ничего он не болен. Он злится, как приехал, пятый день. Будто мы этих штук не видали. Вот посмотри, немного погодя и узнаем сюрприз какой-нибудь приятный.
— Какой же еще сюрприз? — сказала Вера, вздохнув.
— Конечно, нам уж ничего хуже быть не может, — продолжала Прасковья Андреевна, — разорить нас больше нельзя; к чему другому — привыкли, ничем нас не удивишь. А сам-то он что-то не так; должно быть, что-нибудь случилось.
— Избави бог! — сказала Вера, — что вы, сестрица!
— Что ж? — спокойно возразила Прасковья Андреевна, — нам-то что ж от этого? Он учился, он служил: какая нам была утеха или прибыль? — ничего. Ну, слетел с места, может быть: нам что за печаль?
Катя опять встала и пошла смотреть в окно.