– В старой усадьбе Конгера, пропадает вместе с остальной мебелью. Очень жаль, потому что Конгер любил красивые вещи и заботился о них. Я и сам немного виноват.
Нэнси с удивлением смотрела на старого джентльмена.
– Вы виноваты, мистер Альбин? – переспросила девушка.
– Да, – старик вздохнул. – Я знал, как Фред любил свою дочь Бернис. В попытке смягчить удар, причинённый её бегством, я всё испортил.
– Я не понимаю, – пробормотала Нэнси.
Мистер Альбин колебался, и девушки почувствовали, что ему тяжело говорить об этом. Но он тихо сказал:
– Понимаете, Фред даже в последние годы жизни продолжал надеяться, что получит хоть несколько слов от своей дочери. Он был уверен, что она напишет и сообщит, что возвращается домой. Он почти только о ней и говорил. Я не знаю, что на самом деле стало с этой девушкой, но она стала причиной невыразимого горя своего бедного отца. Через некоторое время я не смог выдержать страданий Фреда. Это было немного нечестно с моей стороны, я знаю, но за несколько лет до его смерти я стал отправлять открытки, будто из разных европейских портов, подписанные «С любовью, Бернис».
– И мистер Конгер верил, что они от его дочери? – тихо спросила Бесс.
– Да. Всякий раз, получая открытку, на несколько дней он становился счастливым.
– Знаете, я думаю, что это был очень добрый поступок, – заметила Джорджи.