При виде человека Магнус взъерошил шерсть, так что стал казаться ещё больше, и, громко выкрикнув: «Гадкий! Укусить!» — с угрожающим видом встал на задние лапы и попятился, когда к нему приблизилась рука. Но рука держала кусочек сыра и, просунув в проволочную решётку, вложила его прямо в разинутую пасть. Другой рукой Крысиный Джим набросил грубый мешок на клетку, подхватил её и вышел, закрыв за собой тихонько дверь сарая.
Утро было безветренное, и крик Магнуса ясно расслышали в кроличьей клетке.
— A-а, чтоб тебя! — воскликнула Маделин. — Что ещё он затеял? — И, подбежав к сетке, выскользнула наружу.
За нею прихромал Марк Аврелий и подскакал поближе Роланд.
— Я вижу человека, — сказал Марк Аврелий. — Причём того типа сложения, которое недвусмысленно можно назвать корпулентным.
— Толстый мужчина, — тихонько шепнул Роланд на ухо Маделин.
— Он движется с предельной предусмотрительностью…
— Осторожно, — прошептал Роланд.
— При нём ноша…
— Что-то несёт.