Когда он наконец проснулся, сёстры с тревожным писком бросились обнюхивать его мордочку (свободное от иголок, а потому самое безопасное у ежей место); родители прервали охоту за улитками и притопали к нему.
— Как ты себя чувствуешь, дорогой? — спросила Мама.
Голова у него почти прошла, и он хорошо соображал, но с речью, как оказалось, всё ещё было неладно.
— Мне лемного нучше, спасибо, — ответил он.
— Здорово тебе досталось, — сказал Папа.
— Тебе нужен отдых, — сказала Мама. — Почему бы тебе не лечь опять в постель? Мы принесём тебе вкусных червяков.
— Я не хочу поститься в ложель, — сказал Макс, — я чувствую себя добро. Вообще-то я бы хотел гойти пулять.
Папа не сразу уловил смысл этой фразы. Но потом категорично сказал:
— Ты никуда не пойдёшь, сынок, ты слышишь меня? Оставайся пока дома, в саду. Набирайся сил, понял?
— Да, Папа, — ответил Макс, — я скажу, что ты сделаешь.