— Клянусь моей шкурой! — вскричал он,
выплывая, наконец, в открытое море из тем-
ного тоннеля.— Труден был путь, но я не
жалею об этом!
Перед глазами Котика расстилались такие
великолепные берега, каких до сих пор он
еще никогда не видал. Большие, сглаженные
водою утесы тянулись на целые мили, точно
нарочно устроенные для „детских" тюленей,
позади отлого опускалась внутрь страны