Все в джунглях знали, где находится это место, но редко кто бывал там, ибо Холодными Берлогами называли старый, заброшенный город, затерявшийся и похороненный в чаще леса; а звери не станут селиться там, где прежде жили люди. Разве дикий кабан поселится в таком месте, но не охотничье племя. Кроме того, обезьяны бывали там не чаще, чем во всяком другом месте, и ни один уважающий себя зверь не подходил близко к городу, разве только во время засухи, когда в полуразрушенных водоемах и бассейнах оставалась еще вода.
— Туда полночи пути полным ходом, — сказала Багира.
И Балу сразу приуныл.
— Я буду спешить изо всех сил, — сказал он с тревогой.
— Мы не можем тебя ждать. Следуй за нами, Балу. Нам надо спешить — мне и Каа.
— Хоть ты и на четырех лапах, а я от тебя не отстану, — коротко сказал Каа.
Балу порывался бежать за ними, но должен был сперва сесть и перевести дух, так что они оставили медведя догонять их, и Багира помчалась вперед быстрыми скачками. Каа молчал, но, как ни спешила Багира, огромный удав не отставал от нее. Когда они добрались до горной речки, Багира оказалась впереди, потому что перепрыгнула поток, а Каа переплыл его, держа голову и шею над водой. Но на ровной земле удав опять нагнал Багиру.
— Клянусь сломанным замком, освободившим меня, ты неплохой ходок! — сказала Багира, когда спустились сумерки.
— Я проголодался, — ответил Каа. — Кроме того, они называли меня пятнистой лягушкой.
— Червяком, земляным червяком, да еще желтым!