Мела и Плиний назначают эти горы между Азией и Европой, а потому не могут они быть ни в Альпах, ни в Карпатах, ни в земле венедов. Не могут они также находиться и в Уральском отроге, ибо Дон считался границею Европы с Азией, и пограничная линия шла от Дона к морю. Но какое же это море? Древние представляли себе, что Финский залив идет дугой к Каспийскому морю, следовательно, граница Азии должна была идти к Финскому заливу. А в этом случае Алаунские горы приходятся на границу Европы с Азией, согласно Плинию и других историков. Да и, кроме того, ясно, ибо Дон составлял границу, а он вытекает из Алаунских гор, следовательно, та часть этих гор, из которой вытекает Дон, должна быть на самой границе, ибо весь Дон составлял таковую от устья своего до истока.
Далее заметим, что лучшие историки утверждают, что из Рифейских гор вытекает несколько значительных рек. Из Алаунской возвышенности действительно вытекают значительные реки: Дон, Днепр, Волга и Двина.
Итак, Рифейскими горами назывались Алаунские. В этом нельзя сомневаться по выше приведённым доводам.
Определив Рифейские горы, нам уже легко определить место, где сидели Агафирсы. В истории сказано, что Рифейские горы лежат над Агафирсами, которые помещались между гелонян и скифов. Потом сказано, что Агафирсы в европейской Сарматии, при реке Chesinus. Следовательно, их должно искать южнее от Алаунских гор и прямо под ними. А так как скифский север Геродота не доходил далее Харьковской губернии, то и не выше её должно искать Агафирсов. При том же Агафирсы показаны в Европейской Сарматии, следовательно, от Дона на запад и там между скифов и гелонян. Полагая же скифов у Дона и принимая гелонян за волынян, где ныне Волынская губерния, место Агафирсов найдется почти в средине Харьковской губернии, и оказывается, что это Ахтырка. Действительно, она находится на реке, которой имя похоже на Chesinus, а именно Гусинца (Husinza, Chusinza).
Но рассмотрим теперь, будут ли прочие показания историков соответствовать этой местности? Историки говорят, что у Агафирсов было много золота, в их земле добываемого. В самом деле, мы вблизи Ахтырки (верстах в 100 на запад) находим реку Золотоношу, которая, в чем нет никакого сомнения, получила своё название не случайно, а наверное, от содержания в песках её золота. Нет повода думать, чтобы это имя составилось по какой-либо другой причине. Относительно же того, что Ахтырцы производили золотые ткани, мы можем сказать, что ещё лет сорок назад лучшие фоты [52] назывались ахтырскими, а похуже которые - московскими, почему первые накидывались только в двунадесятые праздники. Ахтырские фоты назывались также травчатыми.
Хотя Геродот и говорит, что будины и гелопы за сарматами; но он же в другом месте говорит, что будины соседили нурянам, что близ нынешней Галиции; а потому этим нисколько не опровергается наше мнение, что волыняне (гелопы) сидели по правую сторону Днепра, т.е. от Ахтырцев на запад; ибо волинская (волынская) торговая область захватывала много племён, и Нестор пишет, что впоследствии присоединились к волынянам дулебы и бужане, то не мудрено, что и гелони (волыняне) у Дона составляли какое-либо особое племя и только потому названы Гелонами (Волынянами), что они принадлежали к вольной торговой Волынской области.
Так как по нашим доводам оказывается, что Агафирсы сидели рядом со скифами, то и была возможность Спаргапиту, царю Агафирсов, предательски убить царя Скифов Ариапита (Геродот).
Имена царей обоих этих племен также указывают, что Агафирсы и Скифы принадлежали к одному племени, и этим же подтверждается, что показанное в скифской легенде родство трёх племен и относительное их между собой размещение взяты были в легенду с натуры и лишь только украшены мифом.
Итак, не веря уже новейшим толкователям, что Агафирсы жили в Карпатах, мы утверждаем, что они жили в Харьковской губернии, на реке Гусинце, где ныне город Ахтырка, и что настоящее имя их Ахтырцы.