Ненец Николай Няруй — работник райкома, активный участник борьбы за новую социалистическую тундру.
С ними должны были поехать доктор Шубин, уже пожилой человек, и молоденький комсомолец, пастух стада. Всего шесть человек.
На восемь месяцев выехали в тундру комсомольцы красного чума.
За Хусь-ягой, к северу, кончаются лесные косяки хилых деревьев. Лесотундра уступает полярным холодам, начинается безлесная, голая тундра. Кое-где ерошится по земле полярная ива да хилая береза-карлик. И то только летом.
Зимой чистая простыня девственных снегов сливается на горизонте с небом. Дуют ничем не сдерживаемые ветры.
На эти перемороженные просторы выехали станы кочевников по десять-пятнадцать чумов. От стана к стану один попрыск[29]. В стане чумы друг от друга на 50 — 100 метров, а то и совсем рядом.
Комсомольцы въехали в средину этих станов. Ненцы с удивлением увидели новый хороший чум с красными полотнищами. Красный флаг наверху горделиво колыхался в морозном застойном воздухе. Рвались навстречу нартам яркие лозунги на внешней стороне чума.
Комсомольский красный чум станы бедняков встретили сочувственно. Кулацкая верхушка и шаманы зло ощетинились и насторожились.
Зоя Стародумова редко бывала в красном чуме. То и дело она садилась на нарты, гикала на пугливую упряжку олешек и одна, без проводника, уезжала в темноту. Ребята сначала беспокоились, предупреждали отважную Зою, но, видя, как ловко управляет она упряжкой, как хорошо научилась ориентироваться по звездам и быстро привыкла к гортанному говору ненцев, успокоились.
Несколько позже длительные отлучки Зои стали беспокоить: уедет и нет ее дней десять, а иногда и больше. Тундра большая и бездорожная: замерзнуть одной легко.