— Сосѣди-то? Помилуй, да они за счастіе почтутъ!…
— Въ такомъ случаѣ надо съѣздить къ нимъ съ визитомъ…
— Что жь! Вотъ послѣ чаю и поѣзжай! Вели заложитъ пѣгашку въ дрожки, да и съ Богомъ…
— Вы мнѣ скажите, кто тутъ повліятельнѣй!…
— Какихъ тебѣ вліятельныхъ? Такъ кругомъ хутора по ранжиру и валяй. Тутъ всѣ вліятельные…
— Ну, видно я въ самомъ дѣлѣ попалъ въ Эльдорадо, сказалъ Русановъ, улыбаясь.
— А ты, Володичка, поменьше мудреныхъ словъ то говори; у насъ этого не долюбливаютъ….
И майоръ самъ пошелъ наставлять Іоську. Сей деревенскій философъ занималъ почетную должность возницы и глубоко пропитанъ былъ чувствомъ собственнаго достоинства. "Не моі дѣло", важно обрѣзывалъ онъ бабу, когда та просила его принести воды или о чемъ подобномъ: "моі дѣло съ паномъ іиздить, а не зъ жінками возиться." На кликъ барина онъ явился въ утреннемъ неглиже съ нечесаною бородой.
— Іоська, дрожки вычищены?
— Эге, чого жъ ихъ чистить? Щобъ упьять у грязь лѣзти? Се такъ!