— Да какже, по вашему, и цѣли въ жизни нѣтъ?
— Да что ты лошакъ что ли испанскій? Тѣмъ вотъ, когда на гору ѣдутъ, клочокъ сѣна передъ мордой. вѣшаютъ; ну они и идутъ, все хотятъ дойдти…. И ты туда же?
— Послѣ этого и призванія никакого нѣтъ?
— Отставь, надоѣлъ…. Ничего нѣтъ.
— Нѣтъ, дяденька! Вы сами себѣ противорѣчите…. На той недѣлѣ вы читали Искандера и восхищались; вчера перечитывали Переписку Гоголя, и опять восхищались, а нынче опять другое говорите….
— Да ты глупъ! Ну смотришь ты на розу — тебѣ нравится; нюхаешь жасминъ — опять нравится….
— Да? Такъ это все цвѣточки?
— А ты въ самомъ дѣлѣ думалъ ягодки?
Русановъ прислушивался къ литературному каруселю не безъ любопытства. Онъ ждалъ какого-нибудь рѣшительнаго удара, когда вошелъ мужикъ съ глуповатымъ лицомъ и остановился у притолки.
— Что ты Хведько?… Да, я за тобой посылалъ, заговорилъ Кононъ Терентьевичъ. — Поѣдешь въ городъ, купи ты мнѣ сала…